Гниющий Змей. Книга 1

— Нет, краснющие и вкуснющие! В общем, нужно непременно наведаться к ним на островок, да снять пробу, пока всё без нас не схомячили.

— Я двумя руками за, — не упустил возможности провести время с Сандой паренёк.

— А ты как, Осска, поедешь? — повернула девушка лицо ко мне.

— Поживём — увидим, — я постаралась улыбаться как можно беззаботнее.

— Вот только не начинай! — воздела палец подруга и погрозила мне. — Знаю я тебя. Скажи честно, ты хоть раз в жизни до соседних островов плавала?

— Нет, — буркнула я скупо. — Не возникало надобности.

— Только не говори, что воды боишься!

— Воды — не боюсь. Но в ней водится живность, и никто не даст гарантий, что здоровая, — угрюмо стояла я на своём.

— Так живность-то за бортом плавает, а мы купаться не полезем. Правильно я говорю, а Киллюша? — она посмотрела на парня такими большими, полными обожания глазами, что тот проглотил «Киллюшу» проще, чем намасленную корочку.

Разумеется, подмастерье тут же истово закивал. Я закатила глаза.

Мы успели покинуть пределы внутренних стен и вышли в район попроще: брусчатку ещё не сменила грязь и лужи нечистот, но базальтовые плиты уже не казались так хорошо подогнанными, будь на мне ботильоны не с таким широким каблуком, непременно бы угодила в щель.

Добравшись до порога школы, я попросила Киллиана подать мне сумку.

— Да я помогу занести, мне же не трудно... — начал тот.

Санда легонько толкнула его локотком и прыснула:

— Осса хочет сама порадовать этого милого учителя, неужели не понимаешь? Так, давай-ка сюда эти книженции.

— Но господин Равник велел проводить госпожу Оссу туда и обратно, — запротестовал подмастерье.

— Так мы за ней зайдём, — пообещала девушка, подмигивая мне. — Через часик-полтора, да? Вот и славненько. Пойдём, пойдём, тут недалеко замечательный рынок. Поможешь мне выбрать ткань на новое платье, а то лето не за горами.

Дождавшись, когда эта парочка растворится в толпе, я толкнула дверь и погрузилась в обитель знаний.

— Так, перемена закончилась, все по местам! — доносился командирский голос из соседней комнаты.

Я пересекла общую гостиную, где стены покрывали детские рисунки: как на бумаге, так и на самой штукатурке. Здесь же валялись игрушки, а на скамейке у стены, обнимая тряпичного зайца, задремал пацанёнок лет семи — похоже, новенький.

Не собираясь его тревожить, я заглянула в класс.