Гремула. Книга демонов [1]

В нем не нашлось сил сопротивляться — настолько он был измотан своим бременем, и согласие стало лишь вопросом времени. Старик робко кивнул, и ведьма повела его к камню, уложила, словно на кровать и коснулась ладонью морщинистого лба.

— Спи, — шепнула она, и хранитель закрыл глаза. — Спи, — прозвучало вновь, но уже где-то далеко. — Спи.

Эмет открыл глаза, надеясь на пробуждение, но вокруг простиралась лишь холодная равнина, и клубился густой туман. Старик узнал это место, понял тут же, потому что был здесь уже не раз.

«Я снова здесь», — содрогнувшись в испуге, хранитель не сразу заметил, что он не один. Рядом с ним стояла молодая женщина и смотрела по сторонам. В ее глазах стояло удивление, но оно не казалось таким, каким должно было быть. Женщина не была сокрушена или поражена увиденным. Это напоминало скорее простой интерес и не более того.

— Мерх, — старик повернулся к ней и взял за руку.

— Любопытно, — ответила ведьма, скользнув взглядом по бродящим вокруг теням. — Кто они?

— Демоны, — ответил Эмет, взгляд которого затравленно метался из стороны в сторону. — Может быть не все, но большинство.

— Бракиш рассказывал мне каково быть в заточении, — задумчиво произнесла Мерх. — Это место давит, не правда ли?

Эмет сглотнул и посмотрел в бескрайнюю пустую даль. Поднял глаза, но его взгляд не смог пробиться сквозь густые тяжелые тучи.

Старик вздрогнул, заметив приближающиеся тени. Хранитель знал их по именам, хоть с виду тени и выглядели одинаково. Их лица было невозможно рассмотреть, но старик откуда-то знал, как выглядят эти демоны. И они тоже знали хранителя.

Эмет невольно отступил, но Мерх осталась на месте, ничуть не опасаясь теней. Тени приблизились и застыли перед ведьмой.

Старик же в ужасе пятился назад, замечая, как остальные демоны останавливаются и смотрят на него.

— Только не снова, — прошептал хранитель и рухнул на колени. Тени стали медленно подходить к нему, окружать. Они показывали на него пальцами, тянули к человеку руки и ли то, что было вместо них. Одни шипели, другие рычали, третьи злобно ухали.