Зов смерти

Свою мать Мали заметила ещё издали. Женщина, кутаясь в большую теплую шаль, стояла на крыльце и явно ждала.

- Влетит, - со вздохом сказала Мали.

- Хочешь, мы не скажем, что ты ходила на озеро? – спросил Ник.

- А хворост тогда где? – резонно заметила девочка, - да и возок тоже.

- Скажешь, что возок сломался и ты его оставила, а хворост отдашь наш, - предложил Теон. Собранные ветки они захватили по пути.

Раин покачал головой:

- По мокрой одежде она всё равно догадается.

- Не увидит, - решила девочка. – Пока она будет с вами разговаривать, я в комнату прошмыгну и переоденусь.

Раин против воли улыбнулся. Мали оказалась смышлёной девочкой.

Когда тройка всадников подъехала к дому, женщина замерла, открыв рот. Первым спешился Теон и снял девочку с лошади.

- Мама, господа на ночлег просятся, - быстро сказала Мали и юркнула за дверь, прищемила ею полы плаща, но снова открыла и затянула их вовнутрь.

Женщина проводила её ошарашенным взглядом, а потом снова уставилась на мужчин.

- Хозяйка, гостей примешь? – спросил Ник, спрыгивая с лошади.

- Да у нас и места-то нет, - неуверенно произнесла женщина.

- Нам хватит чердака, - сказал Раин, тоже соскакивая с седла и привлекая к себе внимание. – Мы заплатим.

То ли эта фраза, то ли хозяйка, наконец, разглядела, кто перед ней, а скорее и то и другое, но она спохватилась и с поклоном пригласила их в дом.

Внутри оказалось хорошо натоплено, даже больше, чем нужно.

- Старшой мой болеет, - сказала женщина извиняющимся тоном, - вот и топлю пожарче.

- Всё хорошо, хозяйка. Мы и сами рады погреться, - успокоил её Ник, беззастенчиво стягивая верхнюю мокрую одежду и вешая её сушиться у печи.

Раин окинул взглядом убранство дома. Здесь угадывалась смешение восточного и центрального уклада. На полках стояли глиняные горшки и широкие раскрашенные деревянные блюда, полы были застелены самоткаными коврами, а на лавках лежали овчинные одеяла и цветастые подушки. Когда Раин заметил полыхающие от смущения щеки хозяйки, понял, что она по своему расценила его внимание.

- У нас всё по скромному, - сказала она, мня в руках край шали и не решаясь её снять.

Раин ей ободряюще улыбнулся:

- У вас очень уютно.

- Благодарю, господин, - ещё больше покраснела женщина.

Её трудно было назвать молодой, но она выглядела здоровой и крепкой. Излишний вес Раин списал на беременность. Кажется, она не снимала шаль именно из-за того, что стеснялась показать свой живот.

Из соседней комнаты выскочила переодетая в сухое Мали.