Пипец Котёнку! 4

— В княжеское!

— Стремлюсь к развитию. Мне недостаточно графства, даже богатого. В прошлой жизни, — понижаю голос, — я был владыкой целого мира. Думаешь, теперь мне хватит клочка земли и парочки гостиниц?

— У тебя их пять, а ещё деревня, рестораны и...

— Знаю-знаю. Это всё ещё в процессе окупаемости, и мне в любом случае этого мало. И вообще, с каких это пор ты осуждаешь мои решения?

— Я не осуждаю, — вздыхает Люся. — Просто беспокоюсь.

— А не надо за меня беспокоиться. Проблем и так хватает. Герцог этот непонятный, например.

— По-моему, наоборот, появится много желающих занять твоё место, — помахивая крыльями, бурчит Люсиль.

— Это смотря как править. К тому же у меня большие планы не девочек, — оборачиваюсь на Алису, которая продолжает о чём-то беседовать с Денисом. — Понимаешь, хочу основать многочисленный род.

— Вот это мне нравится, — улыбается альбиноска. — Дети это счастье и всё такое.

— Угу. Наверное. Я пока что не понял.

— Ох, мужчины... Детей любить надо, а не лепить из них великих воинов. Ладно, Ярослав, я поняла! Решение не осуждаю, буду помогать чем смогу. Как и всегда.

— Спасибо, дорогая. Я в тебе не сомневался.

Люсиль кивает на прощание и растворяется в воздухе. Чувствую, как она вернулась в духовное пространство, под сигил поглощения маны. Пускай отсыпается, она заслужила.

Захожу в палатку к Маргарите. Здесь лекарь, который творит над ней какое-то целительное заклятие.

— Не ссы, бить не буду. Извини, кстати, за тот раз. То есть, разы. Я просто был на эмоциях.

— Всё хорошо, ваше сиятельство, — бурчит лекарь.

— По твоему тону не скажешь, что хорошо. Есть претензии?

— Нет, граф, никаких претензий.

— Точно? — у меня появляется настроение докопаться. — Смотри мне. Могу устроить, чтобы претензии были.

— Я не держу на вас даже малейшего зла, ваше сиятельство, — низко склонив голову, бормочет мужчина.

— Ладно, верю. Заканчивай, мне надо с ней поговорить.

Лекарь, помявшись, кивает. Наверняка он хочет сказать, что роженицу не следует беспокоить, но не решается. Поэтому через пару минут заканчивает с целительным заклятием и выходит из палатки.

Маргоша спит, прижав ребёнка к груди. Я подхожу к ней и бесцеремонно трясу за плечо.

— Доброе утро, стерва. Давай, рассказывай, что за выгоду я получу, если спасу Степанчика.