Темный князь

– Was ist das?! – вскричал он. – Oh, scheisse…

А они, похоже, набирают персонал вообще со всей Европы. Надо будет поинтересоваться потом, что это за интересные наемники такие.

Но сейчас — дело. Я вновь выскочил из-за стойки, только на этот раз не стал бросаться тарелками. Все равно больше бы не сработало.

К чести боевика сказать, он не стал бессмысленно осматривать товарищей, проверять пульс и заниматься прочей бесполезной хренью. Сразу же взял автомат наизготовку и занял стабильную позицию, вертясь во все стороны и ожидая атаки отовсюду.

Правда, спиной к стене, или еще лучше в угол, не додумался встать. Возможно, это его и погубило.

Я налетел на парня, как ураган, правда первый удар пришлось нанести по автомату, иначе он бы успел наделать во мне дырок. Зато второй пришелся в колено, буквально разнеся мениск в щепки. Ну а орущего от боли противника добить не составило труда.

Отлично! Довольный, я забрал телефон и хотел уже выключить запись, но передумал. Переключил камеру на фронтальную и дождался, пока на экране сфокусируется мое красивое, облепленное мокрыми от пота волосами лицо.

– Вот что бывает с теми, кто переходит Аксеновым дорогу!

Все, вот теперь можно вырубать.

Именно это я и сделал, после чего снял с троих поверженных противников респираторы. Один забрал себе, а остальные два бросил поблизости, просто на случай, чтобы эти точно не проснулись. Также у всех троих забрал ампулы с противоядием.

Покинув столовую, я быстро пошел вдоль стены, читая надписи на дверях.

Не то, не то… О! То, что нужно.

«Завуч по воспитательной работе, Виноградов Д.А.»

В кабинете на полу лежали двое мужчин. Директор и, видимо, хозяин кабинета. Я аккуратно влил в Петра Афанасьевича содержимое пузырька, после чего надел на него респиратор.

Прошло всего-то несколько секунд, а директор уже начал подавать признаки жизни, застонал, заерзал на полу и в итоге сел. Повертел головой, соображая, где он, потянулся было к респиратору. Я уже хотел вмешаться, чтобы он грешным делом его не снял, но мужчина лишь ощупал устройство и, поняв что это, убрал руки.

Похоже, тоже не без военного опыта.

– Какого… Черта… – Промямлил он, но с каждым словом его голос становился все тверже.

– С добрым утром, Петр Афанасьевич. Как себя чувствуете?

– Паршиво, – признался он. – Что случилось? Террористы?

– Хуже, – покачал головой я. – Вороны налетели.

– Что?.. Стоп… Вороны? Уж не Ночных воронов ты имеешь в виду, Аксенов?

– Именно их, – кивнул я. – А пришли они за головой вашей дочери.