Эмиссар СИСТЕМЫ 3: Модификатор Реальности

На почти лысой черепушке вытянутой тощей фигуры оставалась лишь пара клочков волос, заплывшие белые глаза, отсохший нос и пасть. Она раскрывалась далеко за пределы нормы, разорвав часть щёк. Впрочем, зубы там давно уже перестали быть человеческими - теперь это были длинные тонкие иглы таких размеров, что закрывать рот тварь вообще едва ли могла.

Из пасти в меня выстрелил длинный язык.

Уклонился я не сумел - слишком неожиданной была эта атака. Артефакт выдержал, но инерция удара заставила меня потерять равновесие.

За спиной у первого монстра второй такой же призвал в воздухе светящийся текст, направляя руку на несущегося к нему Эдельвейса.

[Ретрансляция чар: чародейская стрела]

Выбросив вперёд левую руку, я запустил в голову наступающего противника нечто вроде синеватой молнии из крошечных кубиков, которые прошили насквозь тело мертвеца, заставив повалиться на спину.

Впереди кот прикрылся защитной магией от летящей в него точно такой же стрелы из более тёмной и глубокой синевы, и та разбилась о барьер вокруг него.

Затем Эдельвейс прыгнул, своим весом прибивая тварь к земле и принимаясь рвать когтями.

Из мрака проступили очертания Сатоки. Девушка нанесла серию ударов в спину Третьему чудовищу и распалась чёрной дымкой до того, как в неё врежется поток ледяной энергии.

[Ретрансляция чар: полярный луч]

Это заклятие оказалось поубойней, и второй подступивший мертвец просто обратился в ледяную статую. Я взмахнул кацбальгером и сперва добил первого, а затем разбил второго.

Коротко взвизгнула Лина. Ударила волной вокруг себя Хель.

[Ретрансляция чар: вихрь отчаянья]

В моём исполнении это заклинание сработало намного лучше, вопреки описанию. Наверное, в нём просто не было слабостей магии пустоты. Двое противников просто отлетели в сторону, сбитые потоком белых кубов, иммитирующих способности Хель.

- Альтаир! Вам без меня не отбиться! - крикнул Регулус.

Сатока оказалась за спиной у ещё одного мертвеца и нанесла сразу два удара в позвоночник двумя кинжалами.

- Узри Покой, узник посмертия, - произнесла она, коснувшись тела поднимавшегося мертвеца, и тот вдруг рассыпался прахом, а на его месте осталась горящая толстая книга. Её Сатока жёстко припечатала сапогом к земле. Но не столько чтобы навредить, сколько чтобы сбить пламя.

И затем - снова короткий портал из тьмы.