Эмиссар СИСТЕМЫ 3: Модификатор Реальности

А не наше - отобрать и сделать своим!

Он на мгновение замолчал, а затем его глаза зловеще блеснули:

- У меня есть план. Нужно убить кого-то из Звездных и обставить так, будто это сделали наши посланники. Одновременно ликвидировать и их, чтобы Звездные обвинили нас! Звездные не оставят просто так смерть своего человека, равно как и Патриарх расценит подобное, как плевок в лицо Анклаву. Но что самое главное, после смерти своих людей ветви Тиши и Покоя наконец поймут, что война неизбежна. Мы спровоцируем её, раз уж они не хотят принимать очевидное!

Архиепископы одобрительно закивали.

Они разделяли взгляды своего предводителя.

- Я возьму на себя убийство Звездного, - вызвался один из них. - А вы займитесь остальным.

- Отлично, - осклабился Мордехай. - Приступайте немедленно. Я хочу, чтобы весь Анклав гудел об этом покушении, едва посланники Никодема и Амброзии ступят в столицу Звездного Королевства.

Его последователи рассредоточились, готовые исполнить тёмный замысел своего господина.

Мордехай с довольной улыбкой откинулся на троне. Вскоре все фракции будут вынуждены признать могущество Анклава Мрака и склониться перед ним. Другого пути у них просто не останется.

Интерлюдия

- Не зевай, Сатти! Дали же тёмные боги ученицу.

- А? Да, простите, мастер Эдельвейс, - вздрогнула Сатока Сайя. - Садитесь.

Девушка подставила плечо, и на нём оказался жутковатый потрепанный кот с неестественно-синими глазами.

- Позвольте говорить мне, мастер. Вы не знакомы с Лютой так, как я.

- Да говори на здоровье, вы же из одной ветви.

- Со времён раскола это значит всё меньше, - со вздохом ответила девушка.

- Будто ты его застала, этот раскол, - фыркнул функционер и отвернулся.

Спустя минуту он уже вылизывал лапу, сидя верхом на девушке и приближаясь к высоким шпилям крепости на Доре.

Как и со всем остальным, после внезапного завершения великого наступления, на ближних к границе островах было решено практически ничего не менять. Тьма сама создала здесь удобную ей флору и фауну, и плевать, что она была враждебной даже самим тёмным.

Тогда думали лишь о том, чтобы враг не ударил в спину и оставили границы под защитой анафемы и простых тварей.

Вот и эта крепость была всего лишь сдавшейся без боя эльфийской твердыней. Как и сама Люта Морана, последняя из рода местных лунных эльфов, принудительно отданная в детстве в академию теней.

Всё это Эдельвейс знал, потому относился к возможной встрече с долей равнодушия.