Восхождение Примарха - 6

— Умный ход крепкого государственника, — заметил на это Громов. — Делает вид, что ничего не случилось и только смотрит, кто и что предпринимает в его адрес.

— Надеюсь, что так, — проговорил Державин и налил себе ещё. — Потому что мне очень не хотелось бы, чтобы он просто проглатывал всё это.

— Не-е-ет, — протянул Вадим Давыдович и отдал бокал другу, чтобы тот налил ещё. — Никита не такой. Я, конечно, не так хорошо знаю его, как ты, но все его поступки говорят о том, что наплевательского отношения он к себе не потерпит.

— Тут ты прав, — согласился Игорь Всеволодович. — За последние месяцы он сильно изменился. Стал серьёзным, сильным, решительным. Эх, если бы не эта травма...

— Не бери в голову, — Громов встал, подошёл к Державину и положил ему руку на плечо. — Зато мы увидели самодурство нашего дорогого монарха.

— Это точно, — грустно усмехнулся Игорь Всеволодович. — Но я всё равно не жалею, что мы вытащили его.

— Я тебе вот что скажу, дорогой, — проговорил Вадим Давыдович торжественным тоном.

— Для нас Никита, как был героем, так им и останется. Так что, если возникнут вопросы, мы всегда можем с вами породниться. Я точно знаю, что Катерина не против, а очень даже «за». Николай ей, к сожалению, не подошёл, а за Никиту она не просто пойдёт, побежит вприпрыжку. Она, конечно, не принцесса, но, во-первых, девица красивая и видная, а, во-вторых, ныне очень даже сильная. Благодаря, кстати, твоему внуку.

— Спасибо, Вадим, — сказал на это Державин-старший.

— Спасибо, друг.

— Ну а что касается службы, — улыбнулся тот и опрокинул в себя очередной бокал. — С сегодняшнего дня я тоже ухожу на покой. Сейчас пошлю оповещение.

* * *

После того, как обезмагиченных уникумов забрали, я поднялся в свою комнату, где меня уже ждал Магнус с моего, естественно, разрешения.

— Куда теперь? — спросил он, разглядывая унылый пейзаж за окном.

Скоро должно было всё преобразиться к празднику Солнцеворота, но пока ещё на улицах царила серость.

— Деду надо собрать вещи, так как особняк рабочий, и потом все вместе поедем в Москву, — ответил я, пытаясь немного расслабиться после бесконечных переговоров.

И ещё у меня в мозгу всё чаще начала всплывать фраза, оброненная на прощание Ведущей Звена. «Рада видеть тебя снова, братишка». Братишка, хм.

Моя жизнь до того, как я попал в это тело, уже стала стираться из памяти. Иногда мне казалось, что она мне приснилась.