Осколок Души. Книга 1

Скорее всего, они были шпионы и под покровом ночи улизнули из нашего славного города. Бедняжке придется заплатить. За всех заплатить! Снова послышался ядовитый смех карательницы.

– На мой взгляд, это дитя не заслужило такой участи. Каждый имеет право на ошибку. Будь она простолюдинкой, немедленно пополнила бы бордель. Где ее затрахали бы до смерти, возможно, в первый же день. Смерть с наслаждением более гуманна… Вы так не считаете, миледи Корнелия?

– Да, Ваше Величество. Я с вами полностью согласна. Мне отменить казнь? – сухо произнесла женщина.

– Нет, – Роланд снова улыбнулся. – Когда она достаточно намучается и порадует толпу, подожгите конус и проткните ей сердце. Хочу посмотреть на ее агонию и яркую смерть. А ведь от моего решения вполне зависит ее судьба, будь она немного чище, возможно… – король на миг задумался, затем плавным движением потер в области паха. – Хотя, нет. Зрелище удовлетворит толпу, так они будут сильнее любить меня. Тупоголовое стадо нужно немного развлекать. Я, как их пастырь, обязан о них заботиться, просвещать их в той или иной степени.

– Да, мой король, – пропела подданная. – Повезло же ей. Быстрая смерть. Вы бесконечно милосердны, как всегда.

Верховный каратель Корнелия дала сигнал, палачи резко с силой насадили на конус бедняжку. Девушка выпучила от боли глаза. Слезы вырывались ручьем. Все ее лицо было изможденным, грязным и беспомощным. Страдая, она никого не замечала, находясь в предсмертной агонии. Красные глаза метались из стороны в сторону, крики боли и отчаяния заполнили площадь.

Толпа ревела еще сильнее. Чужие страдания доставляли им неимоверное удовольствие. Люди иногда бывают очень жестоки; потом же они, осознав свой стыд, будут рассуждать о праведности, тем самым оправдывая себя. Возможно, некоторые пойдут на покаяние в полуразрушенные храмы Великого, чтобы за определенную сумму им простили их тяжкий грех.

– Насладись, грязная шлюшка. Так ее!

– Достаточно, – тихо проговорил монарх. – Поджигайте конус, а затем проткните ей кортиком сердце.

Был подан соответствующий сигнал. Палач подошел и факелом поджег конус, тот моментально вспыхнул. Девушка едва вскрикнула. Через подмышку тонким, как игла лезвием, другой палач проткнул ее сердце. Девушка осталась висеть мертвым грузом. С ее глаз упала пара капель чистых, прозрачных слез.