Добрые Люди

«Рисует карту пещер», — подумал я и закутавшись в одеяло попытался уснуть.

Разбудил меня стон де Мори. Шевалье дёргался во сне и вертел головой. Бедолага навидался за последние недели на целую жизнь вперёд. Я невольно усмехнулся, представив себя со стороны, когда точно же так, как и жандарм бился в кошмарах. Но моё проклятье навсегда, а вот де Мори, как только вернётся к привычной жизни, будет с ужасом вспоминать человека в жёлтом плаще и жутких тварей, покрытых серебряной чешуёй, если, конечно, ван Ауден не утопит Соединённое Королевство в крови, а всё шло к тому.

Сон как рукой сняло. Я покрутился ещё немного и решил сменить одного из дозорных. Сейчас дежурила последняя двойка: Мейк и Лин, который откровенно клевал носом. Я подобрал ножны с райшвертом и вышел в короткий переход соединяющий зал с основным коридором. Хлопнув Лина по плечу, я кивком указал парню на одеяла, а сам уселся рядом. Разведчик благодарно улыбнулся и ушёл в зал.

Мейк восковой фигурой замер напротив и казалось не замечал моего присутствия, меня же такой расклад вполне устраивал.

Перед сном владеющие установили сигнальную цепь с обеих сторон коридора, а сэр Толмик пожертвовал свои свечи, которые так же расставили на подходах к залу. Я смотрел вдаль на свою свечу, Мейк на свою. Так мы и просидели бы всю смену, не начни разведчик разговор.

— Значит ты из этих? — тихо спросил он.

Я закатил глаза.

«Ну ведь хорошо же сидели…»

— Значит из этих, — выдохнул я.

Он посмотрел на меня и взгляд его был полон тоски.

— Я тоже хотел стать таким как ты, — почти шёпотом произнёс Мейк.

«Бесов праздник!»

— Парень, если ты хочешь пережить наше путешествие, то советую тебе впредь не произносить подобные речи. К тому же ты понятия не имеешь о чём говоришь.

— Имею, — ухмыльнулся он. — Мой отец был таким как ты.

— Чушь, — отмахнулся я. — Твой папашка с пьяных глаз наговорил глупостей.

— Я видел у него письма, которые исчезали. Однажды на нас напали волки и он раскидал их голыми руками, а двигался он как ты!

Я медлил с ответом.

Мейк волне мог говорить правду, но я не знал ни одного из коллег, кто осмелился бы обзавестись семьёй.

— Что с ним стало? — спросил я.

— Он пропал, когда мне исполнилось пятнадцать.

«Кто бы сомневался. Вот поэтому у нас и не бывает семей и детей. Конец всегда один».

— Мейк, ты отличный разведчик. Гордись этим. А прошлое оставь прошлому.

Он хотел было что-то возразить, но я жестом приказал ему замолчать.