Добрые Люди

Если казначей подавился оливкой — это одно, а если ему помогли — то уже совсем другая история и как бы она нам боком не вылезла.

— Хорошо.

Глава двадцать первая

Проснулся я ровно в полдень, за мгновение до того, как часы в холле пробили двенадцать раз. Тэсс умудрилась выскользнуть из постели, не потревожив меня и теперь из ванной комнаты раздавался плеск воды. Я поймал себя на мысли, что начинал привыкать к обществу владеющей, доверять ей, и это могло вылиться в непредвиденные проблемы. В братстве не поощряли подобные отношения, но и не пресекали, я же вовсе старался держаться в стороне от всякого рода привязанностей к кому бы то ни было.

Через час мы спустились в ресторан и заказали обед.

— Я заметила, что ты сменил наряд, — сказала владеющая. — Что случилось с предыдущим? Гариус отвалил за него то ли два, то ли три ливра.

— Случилась бомба ван Аудена, — ответил я.

— Я ожидала нечто подобное. Купила тебе два костюма: дорожный и парадный. Надеюсь, с размерами не прогадала.

— Весьма кстати. Сегодня будет грязный день.

Я окинул зал взглядом в поисках подозрительных личностей. Знал, что первые всячески избегают подобных заведений, но ничего с собой поделать не мог — привычка, выработанная годами.

— Как думаешь, Кресто смог выбраться? Он довольно тщеславен, не находишь? — спросила Тэсс.

— Считаешь, что де Мори, страдая угрызениями совести, вернулся в казармы жандармов?

Она кивнула.

— Этот мог, — согласился я. — Но будем надеяться, что здравый смысл всё-таки перевесит. Кресто мне показался смышлёным парнем.

— Да, Гар та ещё заноза, но в политике он разбирается будь здоров.

— Да уж наслушался. Ему бы в Довур — в сенат.

— Ну, с ним не всё так просто. Порой его слова и действия противоречат друг другу.

— Точно. Я был свидетелем вашего разговора в мёртвом городе.

Тэсс лукаво стрельнула глазками и погрозила пальцем.

— Ай-яй.

— Ну так уж вышло, — я пожал плечами.

Владеющая задумалась.

— Я заметила у него книги Марселя де Гумини, — сказала она после продолжительной паузы.

Мне это ни о чём не говорило, так что я лишь развёл руками.

— Дейла, ты не в курсе! — воскликнула она и перешла на шёпот. — Ну так иногда называют запретные книги: Сказания о Первом Боге, Многоликая Сетта, Песнь Чёрной Луны.

Об этих писаниях я что-то слышал.

— Он чернокнижник что ли? — я повёл бровью.