Добрые Люди

Это не обязательная процедура, но желательная.

Я кивнул, но ясности его ответ не внёс.

— Допустим. Но зачем? Это что, некий ритуал?

— Отчасти. — Чистый явно наслаждался своим положением, мол, ты спрашивай, а я ещё подумаю, отвечать тебе или нет. — Значит дело заключается в следующем: я вот сижу и думаю, как бы устроить всё так, чтобы ты не приставал больше с расспросами, а я не наболтал тебе лишнего. Ведь на допросе — заверю тебя сразу, наш капеллан человек серьёзный и к допросам подходит со всей ответственностью — ты расскажешь всё, как на духу, а мне не хочется потом объяснять, что я всего-то вёл светскую беседу и дружелюбно пояснял человеку вещи, которые могут быть использованы против нас.

Он сделал паузу, видимо, чтобы я переварил эту информацию, а после продолжил:

— Поэтому расскажу в общих чертах. Эти горы, — он указал ножом себе за спину, — плохое место, а в плохом месте, как известно, творятся плохие дела. В этом году плохих дел стало больше. Та настойка, что мы пили, так сказать, проявляет человека с плохими намереньями, но действует она только вблизи самих гор.

«Да я уж догадываюсь почему. Но вот догадываешься ли ты, что твоя настойка могла и на меня не подействовать? Кого же вы тут ловите-то?» — подумал я, но вслух сказал другое:

— Знаешь, вот если бы ты меня просто послал, то вопросов у меня осталось бы ровно столько же, сколько и было, а так ты только всё усугубил.

— Мне скучно, а ты парень не глупый, отчего не поболтать, — улыбнулся красноглазый.

Разговор не заладился.

Братья готовились ко сну, готовился и я. Первым дежурил красноглазый, так что я решил выждать момент, когда могги уснут и ещё раз попытаться разговорить чистого — а ну как сболтнёт чего? Пришлось ждать недолго, через полчаса братья уже сопели. Я перевернулся лицом к костру, красноглазый всё так же строгал колышек.

— А если бы настойка подействовала? — тихо спросил я.

— Тебя бы, скорее всего, убили, — равнодушным тоном ответил мужчина.

— И что бы со мной стало? Как определить, что я уже не я?

— В форте увидишь. Там как раз несколько таких сидят в темнице.

«Вот оно значит как. Всё сводится к Дубовому Щиту», — с этой мыслью я постарался заснуть.

Снились мне, как ни странно, горы, но не Белые. Я сражался с ветром, срывался со скал, почему-то не разбивался, и снова карабкался вверх.