Между мирами.

Приняв мою растерянность за слабость, этот увалень решил перевести наше общение в область физического насилия. Вот только одного он не учел, хотя вру не одного. Во-первых, он ну ни разу не боец. На его медвежий замах даже полный тормоз сумел бы среагировать. Медленно, очень медленно. Я на автомате с шагом поднырнул под размашистый удар и коротко рубанул хуком в челюсть. Отпрыгнув и глядя на повалившееся на землю безчувственное тело, отметил, что у доставшегося мне сосуда с реакцией всё в порядке, да и с моторикой проблем нет.

– Как-то не ладятся у тебя со мной встречи. Советую избегать их в будущем, а то могу и психануть, - спокойно предупредил валяющегося парня, повысив градус эпичности момента.

Его простодушные подельники так и застыли с отвисшими челюстями, видимо, не ожидав такой быстрой расправы над своим боссом. Первый раунд за мной, но теперь нужно быть начеку. Хоть с мозгами и ловкостью у них беда, сил им не занимать. Если сумеют вместе зажать без зрителей, так просто отмахаться не получиться.

Толпа шумно ожила, понимая, что представление окончено и стала втягиваться в казарму.

Обратил внимание что за нашей пикировкой наблюдали и другие отряды. Не став задерживаться на месте преступления, переступив через скрюченное тело, я подошел к ожидающему Рагнезу. Как и было анонсировано ранее, мы поспешили на помывку. На ходу он принялся заговорщицки шептать мне в ухо.

– Круто ты Макрека вырубил. Эта деревенщина тут всех достал! Они земляки, все трое с рудников Фирбы. Объединились и никому проходу не дают.

– И мне? Ну в смысле прошлому мне, – поинтересовался, пытаясь понять причины немотивированной агрессии.

– Не. Ты же клановый. Тебя небось с детства дрессировали, – как-то стушевавшись сообщил парень. – А они хоть и здоровые, но не бойцы ни разу. Так, землекопы хреновы. Им Артель Танавров оплатила открытие дара.

– Ты дружил с моим предшественником? – увидев его реакцию, решил я сразу все прояснить.

Возможно, в этом крылось объяснение его отстранённости, граничащей с неприязнью.

Мой вид теперь вызывает в нем печальные мысли. Трудно, наверное, постоянно лицезреть оживший труп бывшего товарища.

– Кто. Я? – это предположение его рассмешило. – С ним? Да ты что! Клановые с чернью дружить не будут. Алаган тем еще спесивым засранцем был. Все ему должны были. Даже здоровяка Макрека пару раз заставлял посуду за собой убирать. Вот он и взбесился при твоем появлении, отомстить хотел.

– А я-то тут причем? – вырвалось у меня от возмущения.

– Ну.