Люди Севера

— Так это же наш Вальгард тот, кто жопу конунгу подтирает! Ты решил мне вызов бросить ? Не забывай, я ходил на медведя и удушил того голыми руками. С тобой такой запарки не выйдет ! Один взмах моего меча и ты отправишься в чертоги Артреса ! Даю тебе шанс извиниться... И, может быть, не станешь дерьмо за свиньями убирать при мне, а также останешься жопу подтирать! Какая тебе разница кому сие делать?

Не мог Вальгард да и любой себя уважающий нордал стерпеть грубости эти. И ответил Суровый с гордостью.

— Пусть поединок решает всё!

День был выбран ненастный.

Хлестал жуткий ветер по щекам бойцов и зрителей. Последние же сошлись в круг, внутри которого, глядя друг на друга грозными взорами, стояли ноздря в ноздрю Вальгард Суровый и Бьёрн Железнобокий.

— Ещё раз твержу тебе сука, — обратился Заговорщик к защитнику справедливости с невзрачным ликом. — Извинись, иначе пожалеешь!

Но молчалив остался Вальгард, потому не проронил ни слова.

И сошлись два бойца в поединке.

Искусный мастер метания копья и великий фехтовальщик.

Бьёрн нападал рьяно и доставлял неудобство Вальгарду. Тот не мог грамотно замахнуться, дабы пронзить плоть противника. Ранил искусным движением кисти Железнобокий Вальгарда и тот наземь повалился как свежесрубленный ствол.

Толпа ахнула. Загомонили сторонники Бьёрна и выкрикивали громко имя его.

Он воздел меч ввысь и хвалился лёгкой победой. Оправдались слова, произнесённые накануне, что проще окажется противник, нежели дикий медведь, но не тут-то было.

Резко тело победителя пронзила боль в шее затем в спине и, наконец, потухла картина, являвшаяся до недавнего времени его взору.

Тьма обволокла всё вокруг.

Душно и жарко стало ему и завидели смотрящие, как замертво он падает.

И тогда опёрся ступнёй на тело покойника Вальгард и говорил следующие слова.

— Боги решили исход битвы, и это ясно доказывает законность пребывания нашего конунга у власти. Слава Хёльверингу! И да пусть правит он долго!

Сказание второе. О Торгриме Оборотне

Жил себе в деревеньке Медёльёрунгильдестаркилииемнистё, да таковое именование было сложное и диковинное у родильни будущего великого нордала Торгрима.

У сего поседения существует и другое более короткое название. Медё. Так вот, жил там малец Торгрим. С ранних лет хворал да на алькове спину грел. Хворь была разная от северянки это то когда плоть покрывается волдырями размером с горошину и нету предела гадости этой потому как на каждом участке плоти она возникает то бишь лицо, глаза, нос.