Один в поле – не один

Последнее «оратор» произнёс уже тихо и, скорее, для себя.

****

Где-то на реке севернее Нахолмска. Почти месяц спустя.

— Ну как, брат? — когда подошел к с задумчивым видом стоящему на носу гребного суденышка бородачу в достаточно дорогом, но несколько потертом кафтане и с давно облезлой оторочкой на некогда видной шапке, спросил довольно ещё молодой парень, почти копия упомянутого, но куда как скромнее одетый. — Что думаешь по поводу всего этого?

— А что тут думать? — охотно прерывая, видно, измучившие уже его и, похоже, полные сомнений размышления, бодро ответил чуть покрививший всё же душой старшой.

— Ты лисьи шкурки те видал?

— Видал-видал(вздохнув). Я много чего выдал, но такие роскошные — впервые. Словно и не граница со степью тут, а с тайгой за Большим Камнем. Вроде и простая лисица, но какая! Ой не простая! Соболям, ей Богу, не уступает, но куда как крупнее! — согласно покивав, тут же принялся живописать достоинства увозимого из Надобрывинска товара младшой.

И ничего особо удивительного тут нет. Меха́ Абель предлагает, без ложной скромности, высшего класса, и их у него в избытке. Чему, раскроем секрет, способствует модифицированный приманивающий ритуал, теперь для хищников, а не дичи. Это колдунство и обеспечивает хитромудрого Командора всякими там лисами, волками, а то и медведями. Которые к тому же, перед тем как быть умерщвлены, подвергаются ещё одному ритуалу. Примерно такому же, как и тот, что исцелил Хайнца Рольфа, а затем и весь его 1-й десяток, ну и прочих больных да калек.

Так что животные после такого — на загляденье прям, а мех их, пышущих теперь здоровьем, обретает невиданное качесто. Как для среднестатистической особи данного вида, так и для актуального сезона вообще. Да и прочие всякие там, положительно влияющие на цену, характеристики проявляются после Командоровых чудес.

Например, та же лисица, являющаяся основной добычей, и вовсе уподобляется драгоценным мехам, благодаря значительному росту густоты, износоустойчивости, насыщенности цвета, в конце концов.

Ну а снятые после такого с роскошной теперь дичи её шикарные шкуры тут же подвергаются ещё одному ритуалу, очень, как говорится, кстати припомненному некогда заядлым охотником вон Гимсом. Ритуал этот заменяет длительную и трудоемкую обработку охотничьих трофеев. Так что по итогу всего получаются идеально выделанные меха с прямо-таки элитных зверюг.