Один в поле – не один

С некоторым разбросом прилетев в скопленее паникующих монстров разных видов, размеров и цветов, умершие от ужаса птички своими смертями напитали свитки-обёртки, чем инициировали подрыв девяти эквивалентов пятидюймовых артиллерийских снарядов. А может, и покрупнее, но до шестидюймовки явно не дотягивало. Хотя это не самое корректное сравнение, так как осколков-то практически не было.

— Вперед! — покинув окоп, заорал Командор, за которым последовали двое его телохранителей и с ними Быстрая, которая в последнее время прям хвостом ходит за лидером их общины.

Абель даже подумал, что тетка намерена его соблазнить, но немолодым гимнасткам, пусть и весьма симпатичным и даже столь харизматичным, он предпочитал фигуристых молодух, можно и глупышек. — Не толпимся, двигаемся широким фронтом, чтоб никого не пропустить.

Эта группа из четырех человек приближалась к своим жертвам с юга. С востока широкой цепью двигался 1-й десяток. С северо-запада — 2-й десяток. На некотором удалении, то есть рядом с работающими пугачами, наблюдали за обстановкой еще трое телохранителей, готовые покончить с беглецами, буть такие, ну или примчать на помощь по зову лидера.

Благо рассвет позволял сносно всё видеть.

Ну и началось.

****

Где-то в степи. Несколько недель спустя.

— Быр, — окинув грозным взглядом грязного буробокого в рванине, потребовал несильно крупный, но крепкосбитый сизолобый орк в очень богатом халате. И всё это в роскошных убранствах шелкового шатра с уймой ковров да кучей дорогого оружия повсюду.

— Кэ... Му...

— Мыр гыр. Дын-дон каюк мы ги нуна бе, Уум Боорнах.

— Угу, мер, ка Ку-ку-ку-ку-ку. Юм дыр пыр мыр гыр...

Далее дается максимально близкий перевод беседы:

— Рассказывай, — окинув грозным взглядом грязного буробокого в рванине, потребовал несильно крупный, но крепкосбитый сизолобый орк в очень богатом халате. И всё это в роскошных убранствах шелкового шатра с уймой ковров да кучей дорогого оружия повсюду.

— Это... Ну...

— Не мнись.

Придворного этикета никто от тебя тут не требует, Уум Везучий.

— Ага, понял, ваше высокопревосходительство. Буду по-простому. Так вот, в ту ночь я страдал пищевым отравлением, видимо человечина несвежая попалась, поэтому был вынужден отлучиться в кусты. Причем довольно удаленные, так как мои боевые товарищи не преминули бы высмеять мой недуг, как водится в узком куругу, но закончилось бы это традиционно незавидной славой на всё наше подразделение.