Честь твоего врага

— А, вы похожи на воина, для которого у меня есть сообщение. Ваш отряд последовал вслед за принцем в земли эрла вон Заквиэль. Они сказали сообщить вам об этом, если вы появитесь у меня в ближайшее время.

Брентон ругнулся.

— Когда они ушли, ваше высочество?

— Больше двух дней назад. Думаю, вы найдете их в замке эрла, вместе с принцем.

— Может быть, уважаемый барон хочет осмотреть наши товары, раз уж мы добрались до вашего чудесного замка, — встрял купец.

— Конечно, — рассеянно отозвался барон, и вновь обернулся к Брентону, — как же вы путешествуете с раненой рукой? Как видите, эти места стали опасны даже для воинов и крупных караванов.

— О, мой друг прекрасно справляется со всеми дорожными неурядицами, — вновь влез в разговор Хэнк, — я даже предложил ему стать начальником моей охраны.

— Пробираемся потихоньку, — пробормотал Брентон и добавил себе под нос: — мне что теперь, по всему королевству за этими парнями гоняться придется? Не могли подождать?

Из короткого рассказа барона он понял, что его друзья действительно не могли ждать ни дня.

*

Эрл Людвиг Лотан вон Заквиэль, встречающий принца со свитой, был в траурных одеяниях. Черный, отливающий синевой плащ, явно недавно вынутый из сундука, слегка жал ему в плечах.

— Мне прискорбно приветствовать ваше высочество в столь трагическое для нашей семьи время.

— Мы скорбим вместе с вами, дорогой Людвиг, — откликнулся принц.

— Я похоронил ее три дня назад. Вот уж не думал, что мне придется поджигать погребальный костер для моей собственной дочери.

— Дорогой Людвиг, — вмешался прелат, — у вас еще все впереди. Я знавал мужчин, которые давали жизнь своим детям, будучи даже старше вас.

— Нет, — эрл горестно вздохнул, — не в моем случае. Мой принц, когда-нибудь вы станете королем, так что вам все равно нужно это знать.

Эрл неопределенно пошевелил пальцами, но продолжать не стал:

— Поверьте мне, уважаемый принц, у меня не будет наследников. Земли Заквиэль после моей смерти отойдут к дальним родственникам. Мне горестно об этом говорить, но со смертью моей любимой дочери умерла и моя последняя надежда. Мой род угаснет вместе со мной.

— Я знаю, что это тяжело, дорогой Людвиг.