Я [презираю] аристо

И подавленный адреналином голод тут же напомнил о себе. Я ведь вчера даже не ужинал толком...

— Пожалуй, неплохая идея... — Проходя через второй этаж, я заметил, что ремонтом занимается целая бригада техников в комбинезонах, похожих на одежду Кнопки. Только уже основательно заляпанных краской и затёртых побелкой. Обычно рядом с такими работягами пахло машинным маслом и всякими растворителями. Но тут по-прежнему распространялся только аромат из трапезной.

Ни один рабочий даже не глянул в нашу сторону. Лишь пара ребят, чинивших перила, заранее отошла с пути.

— Я тогда подожду вас на улице...

— Ну уж нет... — Ещё опять какие-нибудь мудилы прикопаются к ней со своими джойстиками. И я тогда рискую побить рекорд того горячего парня из книг про плащи и шпаги... — Я с собой что-нибудь возьму. Ты что-нибудь хочешь?

— Нет, спасибо... — Кнопка продолжала прятать взгляд. И остановилась у входа в помещение для приёма пищи. — Мне туда нельзя...

— Ладно, я быстро...

Все трапезы здесь, как выяснилось, проходили не в строго назначенное время, а в интервалы.

В течение которых можно было успеть на завтрак, обед или ужин, даже если они частично совпадали с занятиями. И студенты могли сами выбрать всё что угодно из изобилия, разложенного на лотках и прилавках вдоль стен.

С десяток парней в костюмах или спортивной форме, сидевших за столами, тут же уставились на меня. Кого-то я вчера уже видел во время нашей беготни с Таисьей... Но, к счастью, тех, с кем «повезло» познакомиться поближе, тут не было. И парни довольно быстро потеряли ко мне интерес, вернувшись к еде и своим неслышным разговорам.

Кроме подопечных ликеума между столами время от времени шныряли несколько мелких кабалят, сноровисто собирающих с них грязную посуду и подносы. Стараясь не попадаться никому под ноги, они почти мгновенно исчезали за широкими двойными дверями, судя по всему, ведущими на кухню. Эти, наверное, не смотря на своё подневольное положение, вытянули счастливый билет. Уж голодать-то точно никогда не будут.

Ведь, не смотря на то, что время раздачи завтрака уже подходило к концу, лотки с едой были полны.

Кто-то из служек то и дело пополнял остатки, едва лишь подносы показывали дно. Значит, наверняка каждый раз остаётся целая куча ништяков... Не выбрасывают же они их?

Или как в наших лабазах — тоже всю просрочку в помойку отправляют? Причём под замок — раздавать непроданную еду таким, как я ни за что нельзя. Мы ж тогда обычную покупать перестанем. И лабаз вообще разорится.