S-T-I-K-S. Крестоносец

Ожидай! – я встал, и посмотрел на Пилигрима, не зная, что делать с гостем в такой ситуации. Он видел мою нерешительность, и улыбался.

- Задержу тебя еще на несколько минут. Запомни, что в традиции Улья, помочь попавшему сюда новичку. Эта помощь может выражаться в рассказе о мире, в совете, что делать дальше. Можно дать споровую настойку, чтобы снять боли. За это Улей и тебе поможет. И еще одна традиция, принц Конрад. Принято отречься от всего, что связывает с прошлой жизнью. Забудь свое имя. Я окрещу тебя новым именем, о котором ты всех оповестишь сам.

Пилигрим медленно осмотрел внутренность шатра. Кроме походного стола, кресла, моей лежанки из набитого сеном тюфяка, смотреть было особо не на что. Только возле выхода, на небольшом опорном столбе, был подвешен фамильный щит, прикрывавший мой плащ, который я вёз с собой, чтобы надеть на Кипре. Когда Пилигрим посмотрел на щит, тот упал, сорвавшись с крюка.

Я вздрогнул, а Пилигрим даже не моргнул. Теперь он смотрел на большой красный крест, вышитый на белом плаще.

- Это знак. Я нарекаю тебя Крестоносцем. Теперь это будет твое истинное и единственное имя.

- Благодарю тебя, крёстный отец.

- У вас, христиан, принято на крестины дарить подарки.

- Ты меня уже щедро одарил!

- То было до крестин. А теперь слушай. После того как вы посетите город, сюда не возвращайтесь. Позже пришлешь людей, чтобы собрали оружие и доспехи, если в этом будет надобность. От города на юг течёт река. Пойдете по ее правому берегу. Через десяток небольших сот начинается холмистая местность.

Там увидишь место, где можешь расположиться. Сота с высоким холмом, покрытым лесом, на вершине которого есть укреплённое место. Внутри я не бывал. Мне это ни к чему, а твои воины найдут возможность попасть за стены. Эта сота – стаб. Стаб, значит устойчивый, от латинского stabilis. Он не исчезает, и не обновляется, как все другие. Шатёр пока оставь. Мне также надо отдохнуть, после твоего обучения. Ступай. Может когда-нибудь, даст Улей, мы еще встретимся.

Подхватив щит и плащ, я вышел.

- Сколько всего у нас людей, Карл?

- Четыреста двадцать воинов, господин. Еще полсотни мужчин разных сословий и всего шесть женщин.

- Ну, хоть столько сохранили свой разум и выжили.

- Если вы это о женщинах, то разум сохранился только у трех из них. Для других нервные потрясения этой ночи стоили помешательства их рассудка.

- Все же оставим их при лагере. Главное, чтобы не буйствовали. Там видно будет, что дальше с ними и со всеми нами будет.