Пепел Предтеч

Отсюда и мой подсознательный страх – отсюда весь ужас.

- Что-то не хочет он есть тебя дважды, - вкрадчиво заметил мне Шут, и рассмеялся. – Могу его понять. Переваренную пищу мало кто, вообще, ест, Антон. Тебе повезло, что ты – такая невкусная гадость.

- Спасибо на добром слове, - захрипел я, с трудом выбираясь из шелестящих зарослей щупалец.

Они слепо тыркались вокруг меня, еле слышно шипя, и их голос – не тот, что остался в памяти прошлой жизни, а настоящий – был сытым и сонным, словно удав с трудом шевелился после плотного завтрака, и впал в спячку на всю долгую зиму.

«Возможно, в этом что-то и есть. Спячка?» - с бегущими по спине мурашками подумал я, продолжая выкапываться на волю.

- Сон или не сон – Глухача они сожрали за милую душу, - жестко заметил мне Шут. – Так что мы правильно решили – Червь запомнил тебя, Антон. И узнал, пронзив тьму веков взором, и почему-то не горит желанием жрать тебя дважды. Тебя, одного из всех, кто может похвастаться второй жизнью.

- Может быть, ты прав, - замедленно произнёс я, оглядываясь.

Теперь я видел, о чём упоминал главарь – на чёрных щупальцах выпал обильный белый налёт. Словно действительно – манна, выпавшая на верблюжьей колючке. Я слышал, что так происходит. Растение настолько богато сахарозой, что она накапливается на поверхности игольчатых листьев – излюбленного лакомства верблюдов в пустыне. Похоже, это всё, что осталось от Глухача.

Повинуясь странному порыву, я смахнул крохотную щепотку пыльцы, и положил себе в карман комбинезона.

- Теперь у нас снова есть дом, Антон, - довольно заметил мне Шут. – И в нём – Извлекатель, и даже любимый домашний питомец в подвале, которому можно скармливать недобрых гостей. Чем не счастье?

Против воли я рассмеялся его чёрному юмору. Конечно, обстановка совершенно не способствовала веселью, да и Белка была в бегах. Нужно её найти, пока она не нарубила дров.

- Успеется с Белкой, - жестко произнёс Шут. – Нам ещё от грызунов избавляться, парень. Поднимайся наверх, и выруби охранников, если есть кто живой. Затем иди с ними сюда, и скармливай Червю всех. Им теперь одна дорога – туда.

- Но… - я содрогнулся, и к моему горлу невольно поднялся ком страха. И хоть умом я и понимал, что вероятно, это будет единственным возможным вариантом, но всё равно что-то внутри запротестовало.