Пепел Предтеч

Но все же, здесь иногда встречались также укромные уголки, обширные дворики и оживленные подземные перекрестки. И на первом же из них я встретил столько сооружений для детских игр, сколько не встречал ни разу ещё в своей жизни.

Множество паучков — перпендикулярных лестниц в виде куполов; песочниц, детских горок и барабанов, как для беговых хомячков. А также качелей, каруселей, и качалок на пружинах в виде лошадок, которые уже облюбовали себе малыши. Когда я впервые услышал перед собой их веселый беспечный шум, то на миг я ощутил себе настороженным диким тигром, который приблизился, первый раз в его жизни, к мегаполису людей.

С суматошно бьющимся в груди сердцем, на ватных ногах я прошелся вдоль оживленной площадки, и задержался возле зеленого коврика газона. Мои ладони скользнули вдоль искусственной травы, и ощутили на коже мягкий шелест шелковистых волокон, неотличимых от живых. Я бросил взгляд вверх, и увидел на небе... «Солнце»?

Оптическая иллюзия имитировала голубое безоблачное небо, и над площадкой в зените стояло светило, которое освещало её ярко, как днем.

Искусственное, конечно, но все же. И... здесь оказалось столько беззаботных детей, которые игрались и нисколько не были озабочены моим присутствием, что я просто не мог больше звать это место — Ад.

В этом странном месте, спустя шесть сотен лет от моего рождения, жизнь била ключом. Жизнь людей, какими мы стали. Даже если вспомнить, что всех здесь рано или поздно ждет Извлекатель — для меня это было чудо из чудес.

Самое прекрасное, дивное чудо из всех, что я видел с момента своего пробуждения. Ведь здесь были дети, а значит — здесь было кому продолжить путь за тех, кто неизбежно уйдёт.

Я тяжело выдохнул воздух из дрожащей груди, встал и пошел вперед. И пока я шел вдаль, то часто ловил на себе пытливые взоры. Большинство из тех, кого я встретил в этих переходах, конечно, были ребятишки или юные создания. Прелестные создания — сказал я себе откровенно. Но мужчин возраста меня самого на Земле я не встретил даже на горизонте, и это меня тревожило.

Не нужно было иметь семь пядей во лбу, чтобы понять, куда они все уже делись. Извлекатель не ждёт смерти от старости.

— У всего есть цена, — заметил мне Шут, и помолчал. — Помнишь, как я спрашивал у тебя, что люди получают, жертвуя свои жизни? Возможно, на этой детской площадке мы и увидели, что. Жизнь других. И жизнь всех. Ресурсы на продолжение жизни тоже не берутся из ниоткуда.