Пепел Предтеч

«Верно, это и есть истинный воин Улья» — подумал я печально, и закрыл глаза, всё глубже погружаясь в невидимый обмен мыслями. Измышления насекомого было сложно понять. Он перемежал свои мысли концепциями, которые не находили соответствия в моём разуме. И лишь описания простейших, примитивных действий обретали для меня смысл.

Внезапно я понял, что он мне предлагает.

— Ты хочешь получить Проектор, а взамен ты не будешь её убивать?

Я услышал утвердительный ответ, и замер в ужасе. Существо знало, что такое Проектор, и понимало его ценность.

А я уже давно обдумывал последствия, если бы жуки правда получили в своё распоряжение такое оружие. Начиная от попытки истребить бессчётное множество людей, как мы на Земле травили тараканов, и заканчивая попытками начать разводить нас, как скот. Последствия будут непредставимые — и я приложу к ним руку, если соглашусь на его сделку.

Если бы я мог, то заметался бы в окружающей меня мгле, но я не мог пошевелить сейчас даже пальцем. Меня принуждали к ужасному выбору.

И сердце содрогалось от вида острого когтя, что прижимал к полу Белку. И на душе было муторно от осознания того, что выбор придётся делать мне уже скоро.

Словно поняв мои колебания, разумное насекомое нажало когтем на нежную кожу девушки ещё сильнее, пролив каплю крови. Оно будто пыталось поторопить меня. Сказать: «решайся. Или выбор я сделаю за тебя».

— Ты считаешь это равноценным обменом? — мои губы не шевельнулись. Внутри меня звучал Шут, но его каким-то образом Лепесток Тьмы его слышал.

Мысленный стрёкот звучал так же беззвучно, как и мой голос. Смыслы, передаваемые словами жука, были недоступны моему разумению. Но я с удивлением понял одно — он действительно полагал обмен равноценным.

— Но... — я заколебался, ощутив удивление, которое поднималось из самой глубины моей души. И вдруг, тьма сгустилась ещё сильнее. Во мгле исчезли силуэты спутников, и фигура жука пропала в тумане. Шут стал звучать в моей голове всё громче.

— Теперь нас не услышат, — прошелестел Шут, и я отчаянно выдохнул воздух.

— Что происходит, Шут? Что ты сделал?! — я всё меньше понимал, что происходит. На миг мне даже почудилось, будто никакого жука-воина не было и в помине. А были лишь мы, с моим призрачным спутником.

— Это время и место, которое есть лишь внутри нас, Антон. Здесь мы можем говорить, пока не устанем от общества друг друга. Мы здесь по одной-единственной причине — я ненавижу, когда выбор делают за нас. Пусть даже его делает за нас время.