Пепел Предтеч

— я только печально покачал головой. Куда больше её выстрелов я боялся того, что я их отобью не туда — например, в неё саму. Всё это вынудило меня примирительно поднять руки к груди, и попытаться как-нибудь её урезонить. — Успокойся, пожалуйста! Я тебе не враг.

— Ты пытался меня изнасиловать! — сердито крикнула Белка, бросив на брата очередной напуганный взгляд. Я закусил губу, про себя костеря маленького засранца. Ещё ни разу в жизни меня никто так не подставлял... хотя...

— И ведь не возразишь, Антон — ты действительно пытался её изнасиловать, — зловеще засмеялся Шут в моей голове.

— Но плевать! Ты бы оглянулся назад. Настоящее дерьмо плещется прямо позади тебя, парень.

Я стиснул зубы, уже зная, что я там увижу. Они шли к нам. Они — Пыль-пробуждённые, привлечённые Пылью. Они шли за Артёмом, как я и предупреждал.

Пространство игралось незримыми волнами, словно с другой стороны одеяла в него вцепилась когтистыми лапками кошка, и тянула его на себя. Ткань рвалась и расходилась в разные стороны волокнами, и сквозь разрыв в невидимом кружеве к нам рвались визитёры.

Спустя секунду, они были здесь...

Я прищурился, разглядывая две одинокие фигуры в круге света от наших фонарей. Оба были одеты в одинаковые белые балахоны от головы до пят, благодаря которым они казались обретшими плоть призраками. На их поясах я не заметил оружия. Оно было им и не нужно.

Один, невысокого роста и худой, чьё лицо было закрыто в тенях от надвинутого на нос капюшона, скользнул по мне взглядом.

Смутно ощутимое касание встревожило воды вокруг моего сознания, словно кто-то настойчиво шарил ладонями по песку, но всякий раз проходил ими мимо меня.

Шут захохотал в моей голове, когда я почти кожей почувствовал потерю к себе всяческого интереса с их стороны. Он вновь обвёл всех вокруг пальца, и сотворил свой любимый трюк — спрятал меня в пламени свечи.

Второй из пси-пробуждённых, с другой стороны, чем-то сразу меня насторожил. Его высокий, даже выше меня, силуэт как будто бы примелькался мне раньше.

Я видел уже эти плечи, чуть уже, чем у меня. Этот короткий ёжик русых волос на голове, и этот плавный изгиб гладко выбритого подбородка, что делал его столь странно похожим на Артёма и Белку...

— Кирилл... — непонимающе прошептала Аня, во все глаза уставившись на него — но он будто ничего не слышал — в его глазах стояло сонное, затуманенное выражение, чем он разительно отличался от второго пыль-пробуждённого.