Потусторонний. Книга 3

— Если я скажу тебе, что надо найти мне этого Бека, ты ведь ничего сделать не сможешь? — повернулся я к сидящей на заднем сидении Княгине. Та горестно покачала головой. Лиза на эту реплику лишь на миг задержалась, думая что я обращаюсь к ней, но затем пристегнулась и с интересом спросила:

— Куда поедем?

Хороший вопрос. Очень хороший.

— Давай пока просто покатаемся? — предложил я. Лиза показала мне большой палец и расслабленно откинулась на спинку сидения. Вспомнилось, как она снимала на смартфон моего первого убийцу, с прямой трансляцией в сеть и наивной попыткой так достучаться до наёмника.

Вот день и ночь. Теперь такая спокойная, прямо чудо! Вот что Илья животворящий делает!

Я выбрал среди номеров нужный, нажал вызов и прижал телефон к уху, разворачивая машину. Когда мы уезжали с улицы, на неё уже вывернул полицейский автомобиль. А с противоположной стороны показалась скорая помощь. Ну, этих вызвали зря. Эти уже никому не помогут.

— Илья?! Ночь на дворе! — рявкнул в трубку Дворкин.

Ну да. Нормальные люди в такое время спят.

И вообще, странное дело, когда звонишь ночью — нормальных вообще никогда нет на месте. Вместо них всегда только злые, мрачные, недоумевающие и недовольные порождения тьмы! Или же пьяные в умат, что ещё хуже. Что-то не так в этом времени суток.

— Кто такой Бек, Михаил Семёнович? — спросил я урядника. — Мне тут от него привет передавали. Пришлось немного пошуметь.

— Чего? — голос невнятный, заплетающийся. Ёжкина кошка, Дворкин действительно спал! Удивительное дело, я думал урядник на работе всегда.

Наивный я. Правильный он.

— Это важно, Михаил Семёнович! Кто такой Бек? Свиридов флягой потёк лишь бы его не подводить.

— Илья! Стой, — урядник шумно засопел. — Стой. Не так быстро.

На заднем фоне послышался женский недовольный голос. Ну да, час ночи. Но сейчас не до соблюдения подобных приличий. Бедному Илюшке ночевать негде.

— Бек... Бек... Нет у меня на него ничего. Только это вот прозвище и всё. Важная шишка, но кто и где никто не знает.

Таинственная личность. Знал бы — сам посадил бы.

Голос в трубке изменился, стал более гулким. Видимо урядник зашёл в туалет.

— Как Свиридова? — не удержался я.

— И Свиридова бы посадил, если бы его кое-кто не угробил. А что за привет тебе передали? — спросил Дворкин.

— Кровавый. Ваши служивые сейчас его посланников от асфальта отмывают.

— Ты опять кого-то убил? — ахнул урядник.

— И опять самооборона, — пожал плечом я, вторым по-прежнему прижимая телефон к уху.