Шамбхала книга 1: Священный Гадар

Ветерану очень сильно хотелось отступить ещё и через окно кухни выскочить на двор, но это плохой вариант. Стоит ему только дернуться в сторону окна, и враги тут же ринутся в атаку. Ну а потеряв преимущество узкого прохода, он вряд ли сможет продержатся даже пять минут. Слишком уж много противников.

Вот только ситуация не стояла на месте, а внезапно перевернулась кардинально в неожиданную для всех сторону. Под сопровождением недоуменных взоров как врагов, так и Аскольда, пробив своим телом дверь и часть стены со стороны заднего двора, в коридор спиной вперед влетел рыцарь в полных боевых доспехах.

То, что это очередной враг, он понял моментально. Да и как здесь не понять, если в руке рыцаря темнел демонический клинок, окутанный черной дымкой проявления силы того, кто скрывался в мече – джинна. Жуткая тварь сейчас была мало того что активна, так еще и в симбиозе с рыцарем. А это уже уровень силы около десятого или даже одиннадцатого ранга.

Помянув недобрым словом продажных рыцарей и хитрожопых демонов, Аскольд рванул назад, а после на максимальной скорости пробил телом, укрепленным силой ауры, единственное окно на кухне. Всего на секунду замешкались стражники и ассасины, а затем рванули вслед за слишком шустрым пенсионером.

Секундной заминки хватило Аскольду, дабы оказаться на улице и броситься вокруг дома к заднему двору. И нить его размышлений была понятна. Ведь если кто-то смог зашвырнуть рыцаря с демоническим клинком в дом, то значит этот кто-то вступил с ним в бой и превозмог.

Аскольду не было важно, кто именно сражался с рыцарем. У него конечно возникло предположение, что это чудом вернувшийся со службы сосед-рыцарь, но верилось в подобное с большим трудом. Скорее уж на задний двор прибыли инквизиторы из отряда прикрытия. Но и здесь не все так гладко. Если бы это были они, то как бы силен не был рыцарь, вряд ли ему удалось бы выжить в бою против опытных инквизиторов.

Чтобы оббежать дом и оказаться на заднем дворе, Аскольду потребовалось несколько секунд. Он ворвался словно вихрь, но тут же и замер с обескураженным видом на месте. Старый ветеран многое повидал на своем веку, но подобный абсурд увидел впервые.