Перерождение тёмного архимага I. Сибирский рубеж

Вначале мне подумалось, что особняк Озёровых находится за городом, поскольку вокруг ничего кроме нашего дома не было, но вскоре я понял, что ошибся. Такси проехало мимо длинной ограды и оказалось в городской застройке. Вдоль улиц толпились трёх-четырёх этажные здания, а вдали виднелись небоскрёбы. Вскоре машина остановилась возле кафе «Очаг», в котором мы с Гавриловым договорились встретиться. Оно располагалось в угловом доме с полукруглым стеклянным фасадом.

Я заказал еду, благо финансы позволяли, и устроившись за свободным столиком возле окна, подальше от остальных посетителей, которых в этот час было немного, стал ждать.

Приехал я на полчаса раньше, поскольку хотел вначале пообедать, но едва официантка принесла первое, как в кармане моих джинсов зазвонил телефон.

– Алло, – я поднёс трубку к уху.

– Алло, Алексей Михайлович, вы на месте?

– На месте. Сижу в кафе. А вы где?

– Рядом. Сейчас подойду. Как вас узнать?

– Я возле окна сижу. В синей спортивной кофте.

Не успел я доесть суп, как в кафе бодрым шагом вошёл человек в сером костюме без галстука и сразу же направился ко мне.

Мужчина средних лет, волосы зачёсаны назад, в ухе гарнитура. Крупный, выпирающий вперёд подбородок делал его лицо грубым, простоватым и волевым. В вошедшем чувствовалась сила, но гербов он не носил.

– Здравствуйте ещё раз, ваше сиятельство, – мужчина почтительно склонил голову и, не дожидаясь приглашения, уселся напротив меня; в нос ударил едкий запах одеколона. – Рад, что вы нашли время встретиться.

Дело не терпит отлагательств.

– Какое дело? – спросил я.

– Наследство. Речь пойдёт о наследстве вашего дяди.

– Как интересно. Внимательно слушаю.

– Дмитрий Семёнович Давыдов, брат вашей матушки, недавно скончался. Так получилось, что детей он после себя не оставил, и потому по закону всё его состояние должно достаться ближайшему родственнику, коим вы и являетесь.

Что-то подозрительное в нём было. Не пытается ли он, часом, меня надуть? Вперившийся в меня открытый, решительный и холодный взгляд выдавал то ли человека прямого и честного, то ли социопата, не способного испытывать угрызения совести.

Я никак не мог прочитать его.

– Что от меня требуется? – сухо спросил я.

– От вас ничего не требуется, Алексей Михайлович. А от меня требуется передать вам наследство, проследить за делопроизводством, чтобы были соблюдены все формальности, а если понадобится, защитить вас.

– Защитит? От кого? – я принялся уплетать картошку с котлетой и подливой.