Лапшевня бабули Хо — I: Пробудившийся

— А сколько зарядов у тебя? — спросил я.

— Девушка не должна отвечать на такие вопросы! — со смущением отозвалась Сян, и я понял, что мне страсть как хочется узнать, что еще такого она может.

Вообще, будем честны, она меня сразу заинтересовала и сразу понравилась. И как заботящийся обо мне человек, и как боевой практик, и, конечно, просто как красивая спортивная девушка.

Стройная фигура, нежные черты лица, сочетающиеся с внутренней твёрдостью, волевой характер, интригующие изгибы под медицинской формой.

— Кажется, оторвались! — оглянулась Сян, немного замедляясь.

— Вроде бы да. И что дальше? — спросил я

— Поймаем такси!

Сян круто затормозила на перекрестке, огляделась и лихо свистнула, так, что у меня уши заложило

Тут же из переулка к нам, цокая когтями по асфальту, вышло высоченное нечто.

Сначала, я решил, что это лохматый верблюд. Но, нет, это был не верблюд. Больше всего это походило на рогатую банту с планеты Татуин, но с длинными голыми ногами. Парочка туристов остановилась рядом, чтобы сфотографировать, но быстро слиняла, когда он подошёл.

Сидевший на его спине в домике вроде слоновьего паланкина верховой в расписном халате с повязанным на голове цветастым платком, поклонился нам, прижав руку к сердцу:

— Кручу-верчу, подвезти хочу! Решай давай, куда хочешь, выбирай!

Разумеется, стишок был несколько другой — но мой разум почему-то очень резво перевёл его примерно таким образом.

— Университетский городок! — выпалила Сян.

— А платить чем будете?

— Новые эпикойны. Местные мы.

— Да я вижу. Две штуки. Садитесь, премногоуважаемые!

Банта медленно согнул колени и практически лёг на асфальт. Похоже я уставился на зверя с заметным недоверием.

— Чего? — спросила Сян.

— Это такси? — осторожно спросил я.

— Такси-такси! — радостно подтвердил оператор средства передвижения. — У меня вон, даже шашечки есть! Одиннадцать нас в городе таких. А двенадцатый заблудился! Вы же сказали, что местные?

— Местные, местные, — повторила Сян.

И шашечки действительно были, на стенке паланкина. Я с тоской оглянулся, вдруг за нами ещё гонятся и избавят меня от этого опыта, но никого не было видно.