Даяна I. Ярость небес. Том 10. Часть 2

Если бы Ариэл не контролировал моё виртуальное тело, я бы, наверное, заорал от боли.

Вместе с вытекающей кровью чувствовалось, как нас покидала «мана», которую мы отобрали у Фатимы. По капле, но это всё равно ощущалось.

Словно песчинки сквозь узкое горлышко песочных часов. И когда последняя песчинка устремится вниз, схватка будет завершена.

Мои-Ариэла губы растянулись в кривой ухмылке. Протянув руку, я взял меч за рукоять. Небрежный взмах, и вот уже широкое лезвие покоится на моём плече.

Меч был двуручным, но, кажется, нас это не совсем беспокоило, поскольку орудовал им Ариэл настолько легко, будто у него в руках покоилось не два-три пуда стали, а одна из редчайших финок НКВД, реклама которых когда-то заполонила всё информационное пространство, вылезая из каждого утюга.

Когда Лаэронель сделал шаг в нашу сторону, я почувствовал как под его поступью сминается пространство. Вздыбившаяся земля будто не выносила веса двух сошедшихся в смертельной схватке божеств, разродившись глубокими трещинами.

Мышцы Ариэла были расслаблены, меч спокойно покоился на плече, а сам он будто не замечал, что Лаэронель медленно переходит на бег. Когда до неминуемой сшибки оставалось несколько метров, я ощутил, как носок отставленной назад правой ноги сильнее упёрся в землю.

Росчерк призрачного клинка Бог Кровавого Хаоса пропустил в нескольких миллиметрах от своего лица, а сдвоенный удар вполне реальных — принял на пылающее лезвие меча.

В момент столкновения три клинка вспыхнули нестерпимо ярким светом, и их будто отбросило друг от друга.

Ариэл, видимо, не зря носил своё жуткое прозвище, поскольку тут же использовав энергию, крутнулся в обратную сторону, уводя лезвие двуручника по совершенно немыслимой траектории: сверху-вниз, практически до самой земли, а потом по восходящей в сторону шлема Лаэронэла.

Я только успел увидеть, как брезгливая улыбка эльфийского божества трансформируется сначала в оскал, а потом в беспомощно открытый рот…

Дрожь, отдавшаяся в ладонях, свидетельствовала о том, что клинок вкусил божественной плоти врага, но всех деталей движения я уловить не смог.

Как и деталей последующих.

Ариэл двигался настолько же быстро и легко, ровно как серебристой рыбкой порхал его меч, в моменты удара вспыхивая огнём рун.

А вот теперь Лаэронель уже не улыбался. Ди не прибавляет улыбок потеря сразу двух конечностей.

Одна призрачная, а вторая вполне материальная, живая, если можно считать полированное дерево условно живым.