Кодекс Рода. Книга 4

— Роман Степанович, только ей придется эту неделю провести в городе, — извиняющимся тоном добавил он.

Я кивнул и забрался на заднее сиденье автомобиля. Водитель с облегчением выдохнул, услышав, что мы едем за матушкой. Я решил, что не буду ей рассказывать о том, что произошло с Брошкиной. Просто скажу, что нашел ее и все.

В отделении уже были предупреждены о том, что я приеду и сразу же повели в кабинет, в котором заперли матушку. Я ожидал увидеть ее заплаканную, но она сидела за столом, пила чай с сушками и читала книгу.

— Рома, ты, что здесь делаешь? — удивилась она, увидев меня в дверях.

— Приехал за тобой.

— А меня уже отпускают? Неужели так быстро нашли воровку?

— Да, нашли. Но тебе велели в течение недели не уезжать из города.

— Хорошо, я и так никуда не собиралась.

Она допила чай, сполоснула чашку и, прихватив свою сумочку, направилась на выход. Я улыбнулся и последовал за ней. Какая же все-таки удивительная женщина, моя матушка Раиса Петровна!

На следующее утро мы с Семеном сели на поезд и отправились обратно в Екатеринбург.

Купе нам досталось новое двухместное, поэтому я отдохнул и наконец-то выспался. По большей части я любил поезда именно из-за этого. Плавный ход поезда убаюкивал не хуже люльки.

Когда мы прибыли в Екатеринбург, я позвонил своему прежнему таксисту. Олег говорил, что они прошли медицинское обследование и теперь отдыхают где-то за городом, но я подумал, что ему могут понадобиться деньги и хотел дать ему возможность подзаработать.

— Роман Степанович, здравствуйте! Чем могу быть полезен? — услышал я его радостный голос.

— Здравствуйте, Виктор. Мы с Семеном прибыли в город и думаем, как бы добраться до академии. Вы, случаем, еще не начали работать?

— Пока нет, но ради вас я готов выехать.

— Сколько вас ждать? Прокурор говорил, что вы уехали отдыхать.

— Это семью я отвез на дачу, а сам уже вернулся. Квартиру привожу в порядок. После того, как в ней наши похитители все перевернули и разломали, пришлось выкинуть несколько кресел и один большой шкаф. Я уже не говорю о посуде. Только железная не разбилась, — горько усмехнулся он.

— Не беспокойтесь, я возмещу ваши убытки, — заверил я.