Кодекс Рода. Книга 4

— Дайте мне ее адрес, я сам к ней схожу и поговорю.

— Н-не могу. Мы не даем личные данные своих сотрудников, — он виновато посмотрел на меня.

— Ваша Брошкина обворовала женский приют и подставила мою матушку, а вы говорите, что не можете дать ее адрес?! Вы забываете, что я граф, а не простолюдин и если вы откажете мне в содействии, то вашему банку это обойдется очень дорого, как вам лично. Вы ведь это осознаете? — предупредил я ледяным тоном, от которого в глазах мужчины появилось понимание и страх.

Служащий попятился назад, а ко мне направились два охранника. Я понял, что лучше не нагнетать обстановку, поэтому уже спокойным голосом спросил:

— Тогда, может быть, вы хотя бы подскажете, с кем из вашего банка она общалась?

— Хм, об этом в инструкции ни слова... Ладно. Во-он там девушка в зеленом жилете. Они сидят за соседними столами и часто общаются, — прошептал он и кивнул на брюнетку с очень выразительными глазами.

— Спасибо, — сухо ответил я и направился к выходу.

Охранники проводили меня подозрительном взглядом, а я остановился у двери, вскользь посмотрел на режим работы банка и вышел на улицу.

— Поехали к отделению полиции. Заберем матушку и домой, — сказал я водителю.

Мы вернулись к полиции, и я поспешил к серому четырехэтажному зданию. На входе у меня попросили паспорт и спросили, куда я направляюсь. Я ответил, что хочу забрать свою матушку Големову Раису Петровну.

Я подошел к кабинету, постучал и открыл дверь. За большим письменным столом сидел мужчина в коричневом костюме и что-то записывал.

— Добрый день. Меня зовут Роман Големов. Я приехал забрать свою матушку Раису Петровну, — сказал я и встал напротив стола.

— Добрый. Нет, забрать ее вы не сможете, — мотнул он головой и внимательно оглядел меня с ног до головы.

— Что это значит? — повысил я голос.

— У нас уже пропала одна подозреваемая, поэтому я решил перестраховаться и подержать Раису Петровну у нас до приезда ментатора.

— И когда же приедет ваш ментатор?

— На днях. Скорее всего, послезавтра.

— Вы хотите сказать, что посадили мою матушку за решетку на несколько дней?! — не удержавшись, взревел я.

— Успокойтесь, Роман Степанович. Иначе окажетесь в соседней камере, — следователь отложил ручку и уставился на меня.