Серп властителя

Обычный по виду жезл, какие используют для усмирения непослушных эвокатов. Заряженный, разумеется — Брайд ощущал вибрации Силы, исходящие от него. Мастер Вопросов собирается применять жезл на нём? Но насколько Брайду было известно, магия этого инструмента действовала только на тех, кто и сам нёс в себе Силу — на эвокатов. На магов.

— Как давно вы были завербованы Тангатой? — спросил Ллир ровным голосом. — В академии?

— Я не был завербован Тангатой, — Брайд вскинул голову и посмотрел в птичьи глаза дознавателя как можно спокойнее.

Первое прикосновение жезла к обнажённой коже — лёгкое, почти невесомое — словно опалило огнём. Пульсация, такая же, как после ожога, заставила его дёрнуться.

— Кто был вашим вербовщиком? Кто-то из крипторов? Назовите имя!

— Я не служу Тангате! — рявкнул Брайд и взвыл, когда жезл ударил куда-то, чуть ниже рёбер. Этот удар поднял волну короткой, но почти невыносимой боли в верхней части живота.

— Почему вы убили девочку-хуннку? Вы боялись, что она раскроет вас при допросе?

— Потому что она убила Лейса! Я отпустил её, а она привела нас в засаду! Это была моя вина! Я хотел исправить.

Брайд извивался под точечными ударами силового жезла, в глазах темнело, но где-то, краем сознания, он понимал, что должен отвечать, даже так — нелепо, бессвязно и нелогично. Если он будет молчать, то ни за что не сможет убедить Ревнителя в своей верности Амеронту. Так и сдохнет под жезлом с клеймом предателя.

— Почему оставили эвоката в коридоре на маслобойне, а не взяли его с собой? Чтобы он не видел, как вы отпускаете девочку?

— Я не знал, кто там! И думал, что если вдруг там будет засада, я нанесу вред эвокату — там слишком узкие помещения.

— Почему вы решили, что там могла быть засада?

— Там пахло кровью... Не знаю... Думал, что там могут скрываться мятежники.

От удара в место между шеей и ключицей перехватило дыхание.

— Кто такой Ниранн Вирот?

— Не знаю..., — прохрипел Брайд, почти выворачивая руки из суставов.

— Кто такой Ниранн Вирот?! — еще раз повторил Мастер Вопросов и провернул жезл чуть ниже солнечного сплетения.

Брайд захлебнулся собственным криком, но из последних сил выдохнул:

— Не знаю...

Боль выкручивала тело, вязала его в узел из напряжённых мышц и будто-бы рвущихся жил.