Алекс Войд

— Что тебе надо, кусок металлолома? — выпалил я, только открыв глаза.

— Долго нам ещё лететь, хозяин? — обрадовался он, когда я обратил на него внимание.

Он что, прикалывается? Ведь роботу прекрасно известно время перелёта. Видимо, хочет вывести меня из себя, чтобы скоротать часы.

— Алёша, отключи питание. Потом, когда приземлимся, я тебя включу обратно. Так время пролетит незаметно, — предложил я.

Механический помощник даже подскочил на своём месте от такого предложения.

— Ага, ещё чего! — возмутился он.

— За такое можно оплеуху получить, хозяин. Думаешь, я не знаю твой коварный план? Я отключусь, а ты меня потом бросишь одного в империи. И меня разберут на запчасти для тачки или заставят батрачить в какой-нибудь русской шиномонтажке. Не пойдёт! За эти годы я достаточно тебя изучил, так что не делай из меня дурака. Хрен ты от меня избавишься, — Алёша показал мне фигу на пальцах.

Блин, и зачем я установил в этот медное корыто функцию самосохранения? Его же теперь реально не получится отключить, если только он сам этого не захочет.

— Ты прав, ты меня раскусил, — пробурчал я и снова надел наушники.

В этот момент выражение лица Алёши стало очень хитрым, и это мне совсем не понравилось.

— Что ты задумал? — на всякий случай спросил я его.

— Если ты не хочешь со мной разговаривать, то я сейчас начну надоедать твоему отцу! — ответил он и потянулся своим спиральным указательным пальцем к отцу, который сидел с маской для сна на глазах.

— Валяй, — пожал я плечами.

— Но учти, что он с тобой сюсюкаться не будет. И если понадобится, сломает тебя на части и смоет в унитазе самолёта.

— Звучит весело, — воскликнул Алёша и выплеснул остатки джина моему отцу на лицо.

Вот же шизанутое создание! Поэтому я и боялся брать его с нами в закрытое пространство, где у него от нечего делать начинает сносить крышу по полной, как у избалованного ребёнка. Но лучше уж так, чем оставлять робота наедине с матерью; а то когда бы мы вернулись обратно, застали бы мать с седыми волосами и нервным тиком.

— Что это было? — взревел отец, стягивая маску с глаз. — Какого черта у меня в носу джин?

— Все претензии к пилоту, — спокойно отозвался Алёша. — Он так ведёт эту штуку, что даже мне подурнело.

— Неужели погода ухудшилась? — недоумевал отец и уставился в иллюминатор. — Да, вроде никакой грозы и бури нет, — выдал он свой вердикт. — Алекс, а ты как? Не замечал никакой тряски?

— Нет, — помотал я головой.