Возвращение колдуна

— Так, и куда нам идти-то? — спросил Ялмар, долговязый и тощий парень, едва мы отошли от границы родной деревни и вышли к развилке.

— Вон туды вроде, — мотнул головой Хорас, но яснее не стало. Его взгляд указывал сразу на два направления.

Я молча прошёл мимо Хораса, нарочно толкая его плечом, и пошёл по левой дороге. Я в своё время исходил дороги всей Империи в поисках истины и могущества, так что прекрасно помнил, в какой стороне стоит грозная крепость Инфариата. Ну и ещё я научил Джага передавать мне не только слова, но и картинки, и теперь при необходимости скворец мог быстро показать мне всё с высоты птичьего полёта.

— Буйный, ты уверен? — бросил мне в спину Ялмар. — Нам опаздывать нельзя!

— Уверен, — произнёс я, не оборачиваясь, и оба принялись меня догонять.

Шли мы босиком, только у Хораса на ногах имелись обмотки и деревянные башмаки, чем парень даже как-то гордился. На привалы и днёвки почти не останавливались, только лишь чтобы глотнуть воды на жаре, но уже к вечеру наши бодрые шаги превратились в унылое шаркание, а я почувствовал, как соскучился по телепортам.

Было бы интересно взглянуть на вытянувшиеся лица церковников, если бы у них во дворе крепости вдруг открылся портал, из которого бы выбрался чумазый крестьянин. Или даже три чумазых крестьянина. Но нет, придётся всю дорогу идти пешком. Никакого попутного транспорта мы не встречали, лишь иногда проходили мимо чужих деревень, в которых изредка набирали воду и тут же уходили, чтобы не вызвать неудовольствия местных.

Ночевать приходилось тоже где получится.

Если повезёт — то в стоге сена, если не повезёт — под открытым небом. Первые несколько дней Ялмар и Хорас дежурили по очереди, на случай, если я всё-таки задумаю что-нибудь этакое, но потом усталость взяла над ними верх. Староста их всё-таки предупредил, да и моя репутация снова работала, так что оба крестьянина меня слегка опасались, но я быстро дал им понять, что ни тот, ни другой мне не интересны.

Через несколько дней пути Ялмар даже ко мне подошёл перед тем, как лечь спать.

— А ты, оказывается, нормальный, — протянул он. — Давай это... Забудем, короче.

— Ага, — отозвался я.

Разборки крестьянских детей для меня были настолько мелким и ничтожным делом, что я не испытывал абсолютно никаких эмоций по отношению к Ялмару или даже к сыну старосты. Только когда они были препятствием на моём пути, но теперь Ялмару повезло оказаться со мной в одной лодке, и конфликтовать из-за косого взгляда или недоброго слова я не желал.