Проклятый

Несмотря на свои внушительные размеры, он умудрялся в последний момент уворачиваться от половины опасных для него атак. Те же удары, которые попадали по мясистой туше, мой противник как правило принимал на жёсткий блок.

Несколько минут мы продолжали прощупывать друг друга, без видимых изменений в поединке. Уверен, со стороны наш бой смотрелся весьма эффектно, но не сказать, что особо эффективно. Паритет, установившийся в самом начале боя, до сих пор продолжался.

Будучи проклятийником, я не был так уж опытен в классических кулачных боях.

Конечно, по меркам обычных бойцов этого мира я был весьма неплох, но всё же большая часть моих приёмов ближнего боя была основана на использовании наложенных проклятий. В отличие от моих предшественников, которые явно не были слабаками хотя бы в этом.

В какой-то момент на меня начали наслаиваться их навыки, и дело сдвинулось с мёртвой точки. Конечно, использовать память тела было не так уж просто, особенно в реальном бою, но результат того явно стоил. Кабан постепенно начал сдавать позиции.

Несколько раз я всё же пропустил удар, отчего едва не получил перелом рёбер. Мише же досталось куда сильнее, и он уже заметно прихрамывал на левую ногу, лоу-кик оказался весьма эффективным приёмом.

Несмотря на появившееся преимущество, заканчивать бой я не спешил. Зачем прерывать удовольствие, когда с каждой минутой я постепенно становлюсь сильнее. Осваивать опыт тела в реальном, хоть и не смертельном бою, всегда эффективнее, чем в обычном спарринге.

Прошло ещё несколько минут, и у нас обоих уже начали заканчиваться силы. Несмотря на весь боевой азарт, я был заметно слабее физически и был способен противостоять Мише только потому, что уже успел сделать из него натуральную отбивную.

Мой противник явно потерял самообладание, осознавая приближающееся поражение, а потому стал совершать ещё больше ошибок, пытаясь до меня дотянуться. В то же время я решил, что пора заканчивать, бой и так уже порядком затянулся.

Сделав обманный выпад рукой, я дождался ожидаемой реакции, присел и провёл подсечку прямо по его и без того выбитой ноге.

Мухоморов рухнул на спину с забавным хлюпающим звуком, но, должен признать, до сих пор не произнёс ни слова, хотя и скрипел зубами от боли.

Не дожидаясь, пока мой противник придёт в себя, я подскочил к нему и с размаху впечатал кулак в его немаленький нос. Две струйки крови ознаменовали мою победу.

Миша, казалось, с облегчением выдохнул и не без труда поднялся.