Проклятый

С чего они вообще решили, что архимаг, мать его, проклятий, может оказаться в подобной ситуации по чужой воле? Да даже в текущем состоянии я всё ещё был способен задействовать как минимум одно наложение высшего ранга, и этого было бы более чем достаточно, чтобы вывести из строя как минимум половину из них.

— Исчадие, можешь произнести последние слова, — торжественно провозгласил один из епископов, прерываясь от чтения заклятья.

— Благодарю, — кивнул я, накладывая на всех присутствующих свои любимые проклятия.

Половина святош, из тех что рангом и пузом поменьше, тут же попадала в обморок. Передача боли, как и всегда, действовала безотказно. Сейчас моё тело было в таком состоянии, что даже я, несмотря на множество корневых проклятий, ощущал приближение смерти. В таких условиях банальная передача ощущений могла использоваться как оружие массового поражения, особенно против этих мягкотелых бездарей, привыкших утопать в удовольствиях от бесконечных пожертвований.

Стоило мне “выключить” из работы часть подпевал, как печать сразу же ощутимо ослабла, позволяя проклятию набрать достаточно силы, чтобы превзойти защиту их более сильных коллег. Не прошло и пяти секунд, как звуки молитв были заглушены протяжными воплями. Я же от этого лишь скривился. Было даже чуточку жаль, что я оставил в живых только этот огрызок местного ордена, и то лишь затем, чтобы казнь длилась достаточно долго.

Оставшиеся святоши были действительно жалкими. Решив воспользоваться заслугами своих павших товарищей, они приступили к казни ещё до прибытия основных сил, оправдывая это тем, что я мог сбежать. Уверен, архиепископы понимали не хуже меня, что их младшие коллеги использовали этот шанс для того, чтобы возвыситься за счёт моего уничтожения, только вот сделать с этим уже ничего не могут.

— Достаточно, — махнул рукой один из епископов. Волна света прошлась по несчастным, снимая с них оковы боли.

От таких слов я уже не удержался от смеха. Церемониться? Неужели? Насколько же нелепо это звучало в подобной обстановке.

Святоши поднялись на ноги так же быстро, как и упали. Продолжив читать свои мантры, они смотрели меня ещё более колючими взглядами, явно разочарованные тем, что я не ощущаю и сотой доли той боли, что только что нахлынула на них.