Книга 7. Пожиратель Драконов. Часть 1

Ещё до того, как я успел приземлиться на его хребет, огромный ящер вдруг резко крутанулся вбок, переворачиваясь на спину и поднимая ещё одну огромную волну.

И уже в следующее мгновение на меня, угрожая пронзить тело насквозь, обрушились когти задней левой лапы дракона, которую он вытянул вверх, будто заправская балерина.

К его сожалению, несмотря на мировую ауру, концентрация которой по всему телу ящера была одинаковой, той скорости, которую развил кончик его хвоста в первом ударе, взмах лапы достичь никак не мог.

Покрепче зафиксировавшись в воздухе, я повернулся всем телом навстречу атаке и, ощутив, как скрипнули суставы в плечах и локтях, поймал огромную лапу за пару пальцев. Коготь третьего, противостоящего пальца чиркнул в опасной близости от моей груди, но, так как он был короче двух других, повреждений мне удалось избежать.

А затем, не давая дракону возможность очухаться, я крутанулся через плечо, утягивая за собой зажатые в мёртвой хватке стальных перчаток пальцы ящера и перекидывая его через себя.

Могучее тело, будто бы состоящее из одних только мышц, весило больше тысячи тонн. И без Дара силы поднять такую тушу в воздух и обрушить обратно на землю так, чтобы это было хоть как-то ощутимо для дракона оказалось довольно сложной задачей.

Я чувствовал, как стонали мышцы рук и поясницы от чрезмерных нагрузок, даже в шею отдалось тянущей болью. Давно я такого не испытывал, честно говоря.

М-да. К сожалению, компенсировать разрушенные ради выживания Дары одним только исцелением ран было невозможно. Тут оставалось надеяться только на смутные и туманные пока идеи, родившиеся в моей голове после убийства и поглощения нескольких десятков мелких дракончиков.

Тем не менее, то, что я стал слабее по сравнению с недавним прошлым, не было какой-то глобальной проблемой. Главное, что я ещё видел способы стать сильнее, да и даже в текущих рамках я, разумеется, не был беззащитен.

От совершённого сальто дракон, разумеется, не пострадал. Его тело было слишком крепким, чтобы получить хоть какой-то урон от столкновения с чем бы то ни было кроме другой такой же прочной, укреплённой мировой аурой плоти.

Поднятый из мелкого озера на мгновение, а затем снова уроненный в него, он растолкал своей тушей воду и врезался в каменное дно, из-за чего по последнему пошла паутина трещин. И это был весь урон, который я нанёс этим манёвром.