Книга 7. Пожиратель Драконов. Часть 1

- РАЗОЧАРОВАНИЕ!

Прежде чем я успел хотя бы о чём-то подумать, один из когтей на лапе дракона, поднявшись на десяток метров, рухнул вниз подобно гильотине, пробивая грудь Самигана насквозь и разрушая кристалл Закона Катриона.

Тело драконида выгнулось дугой, мышцы на груди вздулись подобно воздушным шарам. Но в следующую секунду он уже затих, не подавая каких-либо признаков жизни.

По спине пробежал табун мурашек. Подобная жестокость была даже для меня непонятной и чуждой.

Да, накосячил и пошёл против воли родителя.

- Что, нельзя было вмешаться до того, как он тебя разочаровал? - выдавил я, с трудом ворочая языком.

- ЭТО БЫЛ ЕГО ВЫБОР, - бескомпромиссно заявил Палем.

Я вздрогнул. Слишком знакомыми были эти слова. Потому что я сам не раз говорил то же самое.

У каждого есть право на выбор. Но при этом каждый также должен быть готов столкнуться с последствиями своего выбора.

Единственное, что отличало Палема от меня: он возвёл это правило в абсолют.

На его месте я бы поймал Самигана перед тем, как он отправился со мной махаться и всыпал бы по первое число. Но, если задуматься, это бы означало, что я проигнорировал его право на выбор, не позволив поступить так, как ему бы хотелось.

Палем просто не стал вмешиваться. Он позволил Самигану сделать по-своему, пойти против приказа, а затем взыскал с сына по всей строгости, потому что таков был его собственные выбор и последствия выбора.

Наказание за неподчинение Покорителю – смерть. Без исключений.

А потому у меня не было, что ещё сказать Палему. Даже аргумент вроде: “Он ведь твой сын!” - сейчас казался глупым.

Два слова: “Без исключений”. Даже если предположить, что дракон дорожил сыном. Я в этом очень сильно сомневался, но, тем не менее, если бы вдруг Самиган для него был действительно важен.

БЕЗ. ИСКЛЮЧЕНИЙ.

- Ты знаешь, кто я?

- ДА. Я СЛЕДИЛ ЗА ТОБОЙ И ИЗУЧАЛ ТЕБЯ С ТОГО САМОГО МОМЕНТА, КОГДА ТЫ ВПЕРВЫЕ СТУПИЛ НА МОИ ЗЕМЛИ. НАЗОЙЛИВАЯ НАИВНАЯ МОШКА, БОРЯЩАЯСЯ ПРОТИВ ТЕХ, КТО ДАРОВАЛ ЕЙ ВЕЛИКУЮ СИЛУ.

- Тогда ты, вероятно, поймёшь, почему я так хочу прикончить тебя! - прорычал я, чувствуя, как подступает к горлу ком гнева, копившийся все эти два года.