Клыки и монеты

На вампира раствор подействовал точно также, как и на человека. Кожа на лице и кистях покраснела и мгновенно покрылась волдырями. Старик закричал от боли, бросил саблю, схватился за лицо и упал на колени. Симон растеряно замер на месте, он не ожидал, что сработает настолько хорошо.

Герхард подошел к уже не опасному вампиру, левой рукой ухватил за волосы и ударил кинжалом в шею. Клинок погрузился до середины, охотник провернул кинжал, расширяя рану. Выдернул лезвие и отступил на несколько шагов.

— Симон, следи за дверью.

Готтлиб, закрой ставни на окнах.

Крестьянин не ответил. Он скорчился на полу, прижимая к груди покалеченную руку. Симон послушно подошел к двери, толкнул, и убедился, что их действительно заперли на ключ.

— Герхард, закрыто на замок.

— Ломай!

Дверь открывалась наружу. Это была первая дверь в жизни Симона, которую он должен был выбить. Эйбенхост подступился и неуверенно толкнул плечом. Ничего не произошло. Уже сильнее Симон начал бить по доскам.

В комнате потемнело, когда Герхард закрыл ставни.

Охотник выглядел устрашающе — в пятнах чернил, вытекшей из носа крови и несколькими ожогами на лице от прилетевших капель раствора. Повинуясь жесту, Симон отступил, освобождая место.

Герхард пнул ногой в область замка, вложив в удар весь вес тела. С протяжным хрустом дерево треснуло и поддалось. Вторым столь же сильным ударом охотник распахнул дверь.

— Надо проверить, кто еще есть в доме. Если увидишь мельника — запри, свяжи, сделай так, чтобы он никуда не сбежал. Бери второй этаж, я проверю первый.

Симон прошел дальше по коридору, отдаляясь от лестницы. Он дошел до следующей комнаты по левую руку. Дверь поддалась осторожному нажатию и Симон заглянул в комнату. Это была спальня. В центре стояла кровать с балдахином на четырех столбах, вдоль стен были расставлены сундуки. На стене висела еще одна сабля, какой-то сложный головной убор из перьев и, похоже, каменный нож.

В комнате никого не было. Симон прошел к последней двери в коридоре. С теми же предостережениями он вошел в комнату.

Она разительно отличалась от предыдущих двух. Если те выглядели вполне обжитыми, то дальняя оставалась пустой, если не считать топчана в центре. Стены были выбеленный, закрытые ставни на окнах окрашены в белый цвет. Эйбенхост прошелся по комнате, чтобы убедиться, что в стенах нет малозаметных или скрытых проходов. Присмотревшись, он увидел в изголовье топчана бурые пятна застаревшей крови.

Симон спустился к чучелу большой кошки.