Клыки и монеты

Мне кажется, фрайхерру или его семье будет интересно взглянуть. Действительно редкие вещи, в наших краях не найдешь.

Мельник почесал затылок.

— Наверное, я могу передать господину. Подождите здесь.

Когда он скрылся в доме, Герхард вполголоса приказал ученику:

— Симон, достань короб с колбами. И не давай его открыть до моей команды.

— Я смог рассмотреть зубы мельника. Человек.

— Похвальная наблюдательность. Но это не означает, что он не опасен. Пока считай, что он осознано служит вампиру.

Мужчина вскоре вернулся и пригласил их в дом.

Охотники последовали за ним. Готтлиб надолго остановился на пороге. Крестьянину явно было некомфортно в хозяйском доме. Но под пристальным взглядом мельника он переборол себя и прошел за остальными.

Первый этаж выглядел вполне обычным, то, что можно было ожидать от богатого по деревенским меркам дома. Однако, когда мельник провел их через комнату к лестнице на второй этаж, Симон вздрогнул от неожиданного испуга. Возле нижних ступенек он увидел странное животное.

Мельник спокойно подошел к нему вплотную и стало ясно, что на полу стояло чучело.

Это было существо, похожее на кошку, только значительно больше, пожалуй, что размером с крупную пастушью собаку. Мех был пшенично-рыжим с частыми черными пятнами. Чучело было сделано с оскаленной пастью и Симон смог рассмотреть внушительные клыки

— Какая необычная рысь, — присвистнул Герхард.

— Фрайхерр ждет вас в кабинете наверху. Первая дверь, которую вы увидите.

— Благодарю, — кивнул Шрайбер и первым стал подниматься, небрежно положив ладонь на рукоять кинжала.

Стало заметно, что начались господские комнаты. На полу был расстелен тканный ковер со сложным узором, а прямо напротив лестницы висел потемневший от времени семейный портрет. Герхард указал на ближайшую дверь, осторожно потянул на себя и спросил:

— Фрайхерр фон Зольре, можем ли мы войти?

— Заходите.

Они вошли в просторную комнату, занимавшую не меньше трети этажа. В центре был большой стол, заваленный бумагами, и несколько стульев вокруг. У дальней стены стоял высокий шкаф, также заполненный документами.

Рядом с окном за кафедрой работал мужчина.

Фрайхерр даже не повернулся к ним. Он быстро писал, часто макая перо в чернила. На первый взгляд фон Зольре было лет пятьдесят. Волосы и аккуратная борода уже полностью поседели, лицо покрыли морщины, но спина оставалась прямой, а плечи широко расправленными. Он закончил писать, захлопнул бронзовую чернильницу и подошел к Герхарду. Двигался старик неожиданно легко.