Клыки и монеты

Иногда он спрашивал, не слышал ли собеседник о таком. В другие разы, напротив, просил помочь и свести с человеком, которому можно было заплатить за место на борту.

На третий день Герхард убедился, что история о корабле стала жить самостоятельно. Возможно, это был результат исключительно его усилий, возможно, вклад внес фон Цаузер с своими людьми. Мысль о том, что где-то неподалеку был спасительный корабль, оказалась очень притягательной. Люди устали и хотели чуда. И были готовы поверить в шхуну и смелых моряков, что способны вывести несчастных из пораженного болезнью города.

В очередной вечер Герхард заперся в комнате на втором этаже постоялого двора. Он разделся и в свете лучины тщательно осмотрел себя. Симптомов песчанки не было. В какой-то момент охотник задумался, что фон Цаузер был прав и даже укус вампира мог защитить от болезни. В этом случае осталось только поблагодарить Иво Шнеттена, который попытался вцепиться охотнику в горло и смог расцарапать кожу клыками.

Утром четвертого дня Герхард зашел домой, дать знать, что с ним все в порядке, и забрать короб со склянками.

Он через весь коридор попрощался с Вильгельминой и пообещал вернуться, как только сможет.

Следом Герхард отправился в назначенное место, где после полудня станут собираться желающие попасть на корабль. Насколько знал охотник, несколько человек приходили к фон Цаузеру с задатком, но он всем отказывал. В каждом случае это был не Михаэль.

Охотник неторопливо шел по городу, оглядываясь по сторонам. Иногда ему казалось, что Альзенбург полностью вымер.

Но стоило пройти дальше по улице, как охотник встретил двух жандармов. Один выглядел нормально, у другого на лице и ладонях издалека были видны только-только зажившие язвы, оставленные песчанкой. Похоже, он едва выздоровел, и сразу же вернулся в строй. Или даже не успел поправиться до конца.

Дальше охотник вышел на торговую площадь. Людей здесь было меньше, чем в нормальное время, но все же достаточно много. Больше, чем ожидал Герхард. Приезжие крестьяне продавали съестное, бюргеры и слуги ходили вдоль редких торговых рядов.

И пусть сейчас покупали быстро, не приценивались и не сплетничали, но торговля не остановилась.

Шрайбер прошел площадь по диагонали и направился дальше на запад. Он вышел сквозь ворота в городской стене, стал забирать направо, чтобы выйти на побережье. Оливер осмотрительно выбрал место подальше от Альзенбурга, скрытое от посторонних взглядов.

Последние дома города остались позади. Герхард вышел на песчаную косу.