Сабля, птица и девица

Видишь голубей?

- Спрашиваешь!

- Говорят, что часть этих голубей, уж больно их много, чтобы говорить, что все, на самом деле никакие не голуби, а рыцари древнего князя Генрика. Он хотел стать королем, для этого надо было получить благословение у Папы, а на подарок Папе не хватало денег. Генрик пошел к ведьме. Ведьма сказала, что обратит его рыцарей в голубей, и они принесут на площадь камушки, которые превратятся в золото. Но рыцари примут человеческий облик только когда Генрик наденет корону.

- Серьезно? – удивился Ласка, - Отправить Папе колдовское золото?

- Ага, - кивнул Вольф, - С ведьмами и колдунами всегда ищи какой-нибудь подвох.

Наверное, она Генрика заколдовала.

- Дай угадаю. Папа пересчитал золото и очень удивился, увидев камушки. Генрик вернулся в Краков несолоно хлебавши, а рыцари остались голубями.

- Именно так.

- Что стало с колдуньей? Сожгли?

- В легендах об этом нет. Генрик прожил после возвращения очень недолго и был отравлен. Детей он не оставил.

- Но какую выгоду получила с этого колдунья?

- Вот, - Вольф развел руками, намекая на голубей.

- Ей мешали рыцари?

- Или у нее были личные счеты с кем-то из них. Никогда не доверяй ведьмам.

- Слушай, а разве ведьмы такие сильные? – удивился Ласка.

- Большинство из них мышь не заколдуют, - ответил Вольф, - Но единицы дорастают до такого мастерства, что слушать страшно.

- Это ведь раньше было, очень давно? - спросил Ласка и вздрогнул.

- Да. Но не думай, что все сильные ведьмы и колдуны поумирали. Скорее, они стали скромнее и работают тоньше.

Или не оставляют следов. Я вот тоже думаю, что если ведьма вот так вошла в легенды, то будь я следующий князь, я бы сжег ее просто на всякий случай, чтобы ее больше не было.

- Я тоже.

10. Глава. Пан Твардовский и король Сигизмунд Август.

- Я не пойму, мы куда-то идем, или ты просто город показываешь? – спросил Ласка.

Всю дорогу он думал, как он будет бить челом королю или королеве по поводу виленского воеводства. Лишь бы на прием попасть, а там несложно будет.

Голова на плечах есть, в польском языке попрактиковался. Чорторыльский на должность формально подходит. Тем более, что были бы претенденты получше, уже бы сидел в Вильно новый воевода.

- К королю мы сразу не пойдем, - сказал Вольф, - Мы пойдем к пану Твардовскому.

- К кому? – удивился Ласка.

Батя не называл такую фамилию, рассказывая о польской аристократии.

- Его Чорторыльский при тебе же поминал. Колдун, который на петухе летает.