Сабля, птица и девица

Надо мне в Истанбул и обратно съездить.

- В Истанбул так в Истанбул, поехали! – бодро ответил Бенвенуто.

- Запретили мне тебя вывозить. Придется вдвоем с Вольфом ехать.

- Не вешай нос. Вы парни крепкие, справитесь. От Москвы до Рима добрались, и до Истанбула доберетесь.

- Давай на удачу оружием поменяемся, - Ласка протянул ему подсаадачный нож, - Клинок – слоеная сталь из Дамаска, рукоять из рога подземного зверя Индрика, а собирал и точил я сам.

Бенвенуто достал из поясной сумки складной ножик с лезвием в три пальца.

- Это ножик для очинки перьев, но он из лучшей миланской стали. Я ковал его в юности и с тех пор столько перьев очинил, что если из них сделать крылья, то можно до Рая долететь.

- Удачи, брат.

- Удачи, брат.

22. Глава. Добро пожаловать в Истанбул.

Прекрасен стольный город Истанбул при ясной погоде! Полон контрастов, одной краской не напишешь. Вот стоит собор христианский, а по углам минареты. Это мечеть Айя-София еще византийских времен. И стены византийские, и порт, и рынок.

И население вроде те же греки, а вроде и мусульмане. Вроде и православного мира центр, где Патриарх живет. А с другой стороны и правоверного мира центр, где халиф правит.

Здесь все одновременно и суетно, и неспешно. Только что купцы на подушках возлежали, кофе пили и кальян курили. Вдруг корабль пришел. Вскочили, забегали, по сто слов в минуту тараторят, еще по двести руками показывают, торгуются, ругаются, прямо страсти кипят. Груз приняли, пересчитали, тут же продали и перепродали, вернулись на подушки и как ни в чем не бывало еще по чашечке.

Голландский торговый корабль вез друзей до столицы Османский империи славного града Истанбула, он же Константинополь, он же Константиние, он же Царьград, почти две недели, заходя в попутные порты.

Ласка беспокоился, что знания татарского языка в Истанбуле не хватит. Но зря. В Истанбуле говорили, казалось, на всех языках мира, как в Вавилоне. Местные легко понимали основные тюркские слова, но сами использовали много непонятных слов персидского происхождения.

Если разговаривать с человеком, которые сам не прочь с тобой поговорить, то все в порядке. Если подслушивать, то уши от напряга покраснеют, а ничего не поймешь.

Вольф сразу же вызвался пойти на разведку. Не было его одну ночь и один день. Вернулся.

- Бегал я бегал, где-то людей послушал, где-то сам разнюхал. Есть у султана дворец. Во дворце чего только нет. И гарем, и баня, и мечеть. Вокруг стражи видимо-невидимо.