Эхо Древних

Он ранен и до сих пор отсыпается, потому я сам расскажу о положении дел во втором по величине городе провинции.

- Так-так… - наклонился вперёд, изображая крайнюю заинтересованность, епископ Фальвен, показательно радеющий за тяжкие судьбы всех прихожан.

Чет Контим отклеился, наконец, от стены и принялся широкими шагами мерить зал, прохаживаясь туда-обратно. Вряд ли кому-то нравилось вертеться в кресле, оборачиваясь, или слышать шаги за спиной, но никто не решился осадить начальника тайной службы. Того, в свою очередь, не беспокоило чужое неудобство, а может он специально испытывал терпение недоброжелателей.

- Как многим из вас известно, мератская речная флотилия поднималась вверх по Арганаре, чтобы доставить припасы в военный лагерь лорда Кевина. Припасы не пригодились, однако данный водный манёвр смог спасти жизни нескольким сотням бойцов.

- Каким образом? – не понял барон Рудель, который пару дней назад рассказывал собравшимся, что достиг с отрядом берегов Арганары, но обнаружил там лишь множество плывущих по течению трупов, ни одного выжившего.

- Очевидно, каким, - пожал плечами Чет Контим, - приняли на борт тех, кто спасся. Противник не имеет плавательных средств и потому не смог отправиться в погоню. Так что на воде нас ждал успех. Если это вообще можно называть успехом, разумеется.

- Но ведь я же лично… - начал Рудель.

- Да-да, я помню ваш рассказ, барон. Он не противоречит моей информации, так как флотилия ушла в Мерат засветло, а ваш отряд, насколько мне известно, подошел к реке поздним вечером.

- Столкнись мы с врагом, не отступили бы! – горделиво задрал вверх острый подбородок барон Рудель. – Для меня, отпрыска старинного аристократического рода, лучше погибнуть в бою, чем бежать.

Капитан Пелла при этих словах поперхнулся и закашлялся в кулак, пряча улыбку.

- Никто не сомневается в вашей смелости, барон, - дипломатично согласился Чет Контим. – Тем более, что в ближайшие дни вам представится немало возможностей её продемонстрировать. Пусть капитан Пелла назначит вас на самый опасный участок обороны.

Теперь пришла очередь закашляться побледневшему Руделю.

- Итак, я продолжу, если позволите.