Дворянство

Через некоторое время, когда незнакомец удосужился снять головной убор в помещении, наши глаза встретились. Точнее, мои два и его один. В этот момент меня словно током ударило. Но не физически, а иначе.

И он тут же откровенно заулыбался.

— Какой занимательный, однако, юноша... — он натянул ухмылку чуть-чуть обезображенными губами в вертикальных шрамах. И при его улыбке одновременно показались все остальные изъяны.

Половина лица старика, там, где на глазу красовалась чёрная повязка, была словно выжжена.

Виктория, в момент, когда старикан улыбнулся, вроде как спокойно выдохнула. И стала с большей яростью теребить уши Кактусу. А вот тот, пожалуй, был единственным в нашей скромной компании, кто чувствовал себя лучше всех остальных. Он, похоже, просто наслаждался своим положением.

«Да... детка... ещё, — дублировались его мысли в моей голове. — И пузико... чёрт. Какие у неё бархатные ручки, а если...

После его «если» я повернул голову вправо и стал свидетелем вопиющей наглости. Кактус мордой подпёр грудь администратора, лизнул пуговку и попытался сунуть морду в открытую зону. Что вызывало у Виктории лишь милый смех.

— Какая ласковая киса! — умилялась она.

Но если бы она слышала его мысли, быстро бы сменила своё мнение насчёт него. Ибо Кактус уже чего только не наболтал. Начиная от того, что бы он сделал с ней, находясь в человеческом обличии, и что-то про другую кошку. И как всё это перемешалось в одной голове ‒ я не понимал и, честно говоря, не очень хотел.

Уточнять, точнее, перебивать его поток не стал. Старик тут же привлёк к себе внимание одним лишь голосом.

— Ярослав, я так понимаю, тебя интересует способы стать сильнее и лучше?

Я повернулся обратно к старику. Коротко кивнул и всё же добавил тихое «да».

Старика, как он почти сразу после этого представился, звали Эдвард Тойвович. Если не смотреть на его большой нос, то так и не скажешь, что он, оказывается, эстонец, причём в неизвестно каком поколении и что-то забывший у нас.

Начал он с простого: «Оглянись вокруг, посмотри назад», чуть ли не тыча пальцем в каждого работника, и тут же рассказывая про них.

Весь персонал этого заведения, как оказалось, были носителями симбионта физического типа. Кто-то сильнее обычного, кто-то слабее. Часть из них, как, например, Виктория — единственная, кто остался из всей своей когда-то многочисленной стаи.