Дворянство

Словно я маг, а не мутант, каким называл меня Кактус.

Моим спасением стала незнакомая мне женщина, которая вдруг появилась в десяти метрах в темноте передо мной, когда я начал откровенно задыхаться и...

Как только я рассмотрел силуэт на бегу, из-за её спины появился белый, слепящий свет. А вместе с ним и обжигающая боль, которая и дала «всплеск» мозговой активности. Я проснулся в поту и с трясущимися руками.

Кот не оценил моего резкого скачка, и свалился с одеяла на пол. Звук падения при этом был довольно громким.

«Стряхивая с лица» остаток сна, вопросительно уставился на Кактуса и на всякий случай спросил, а не ушибся ли он часом?

— Ты мне вот что скажи, Ярослав, — на удивление спокойно подал голос кот. — Как себя чувствуешь?

Я потряс головой, отметая от себя остатки сна, выполз из-под одеяла и ровно встал на ноги.

— Да вроде бы неплохо, а что?!

Кактус поднял свою ленивую тушку с ковра, обошёл ноги, не забывая о них тереться и сел напротив меня.

— Меня терзает смутное сомнение, Ярослав, что за счёт подобной кормёжки, которая была вчера, ты становишься сильнее.

Это, пожалуй, я и без него понимал. Только боялся об этом думать. Слишком много неизвестного было в том, что происходило со мной, чтобы я мог говорить наверняка.

— И чем быстрее ты начнёшь этим заниматься более активно, тем быстрее получишь более серьёзные силы, ‒ как мне показалось, даже возбуждённо произнёс кот, размышляя на эту тему вслух.

— Но зачем? — удивился я. — Врагов вокруг нет, со своими силами я только осваиваюсь.

Он ничего мне не ответил. Почесал за ухом и медленно, как истинный кот, зашагал в направлении выхода. Порой Кактус вёл себя то как обычный кот, то как человек, застрявший в теле кота и, как я уже начинаю думать, иногда порывы своего тела он не только в полной мере не контролировал, но и не осознавал.

Гадая про себя, что Кактус вообще хотел всем этим сказать, я потянулся до хруста в спине, отдёрнул шторы на окне и с некоторым удовольствием вдохнул свежий воздух.

Меня пугали лишь внутренние ощущения. Тело не болело, не ныло и не зудело. Словно вчера и драки никакой не было, и я не напрягал своё тело сверх обычного. От этого эмоции были лишь радостными. Необычайная лёгкость помогла в упражнениях, которыми я не забыл заняться.

Так что, утренняя зарядка прошла без растяжки, хотя «совесть» требовала разработать мышцы. Но мне словно и не требовалось подобного.