Дворянство

Спустя мгновение, поймал его кулак на вытянутой руке, ударил в печень и, завершая удар вертушкой, сделал первый нокдаун.

Кареглазый паренёк, кажется, осознал, насколько он промахнулся с вызовом, и прямо сейчас из-за его надменности его победил тот, кто никак себя в этом качестве не проявлял. Вполне возможно, я его мог победить и до произошедших со мной изменений, но сейчас моё преимущество было просто подавляющим и это видели все. Обидно, не правда ли?!

Что я помнил всю жизнь, исходя из тренировок по борьбе и школьному увлечению — дзюдо, так это слова тренеров.

Все как один говорили одну и ту же фразу:

— Не давай волю эмоциям. Будь холоден в любой ситуации. Весь бой начинается в голове, а заканчивается в теле. Будь умнее своего противника и не давай волю агрессии и вспыльчивости.

На моё счастье, с этими указаниями я всегда справлялся. И, пожалуй, я добился определённого успеха в спорте. Жаль только, что операция на глазах поставила жирный крест на моей возможной карьере.

Но здоровье было важнее возможности и дальше совершенствоваться в этом направлении, тем более в профессиональные спортсмены я не метил. По крайней мере, тренировок я не бросил, хоть и сменил несколько тренеров и площадок.

А этот спарринг был первым, за последние, наверное, пять лет. Где-то так.

Следующий выпад с некоторым утробным рыком со стороны Антона, я просто провёл мимо себя. Не стал бить завершающий в почки, лишь сместился и принял следующую атаку. Но сделал это в несколько нестандартной для себя манере.

Что-то внутри требовало показать свою силу, как бы я с этим чувством ни боролся.

В итоге я встретил кулак противника своим кулаком.

Для себя я отметил следующее — ноль ощущений. Мне не было больно, а хруст костей, который раздался в тишине зала, был, очевидно, не моим.

Бритоголовый начал трясти рукой, стараясь скинуть перчатку. Один из бойцов, находящийся в непосредственной близости у ринга, поднял руки вверх. Сразу же раздалась команда Сергея Михайловича, и бой был остановлен.

После произошедшего мне даже слега стало жалко Антона. Сломанные пальцы ‒ это долгое восстановление и реабилитация, особенно для спортсмена, но вины за содеянное я не испытывал. Он сам вызвался и сам это спровоцировал...

Пожалуй, если учитывать обстановку и бойцов здесь, мне были понятны возгласы «толпы». Антон, хоть и был вспыльчивым недоноском, был весьма способным противником, и одним из сильнейших здесь.