Том 1. Иномирец

— Неплохо новичок, ты первый в этом году, столько продержался. — снисходительным тоном процедил старик, опрокидывая стакан воды.

— Я не новичок. Думал на фехтование пойти, но там только булавками пыряются. Скоро, мля, платочки вышивать начнут. А когда обратно шел, на кузню наткнулся.

Рассмеявшись, кузнец, полностью согласился с оценкой фехтования.

— Оружие благородных видите ли! И на какую битву, они с этими зубочистками сунутся? — распалился старик. — Ее переломят первым ударом, и куда потом эти прынцы на бэлом едынорогэ денутся?

— Да никуда.

Дыхание еще было сбито.

— Вот вот! Как тебя, кстати, звать, парень?

— Макс.

— Дак вот, Макс, я предлагаю пойти и опрокинуть кружечку холодного, пенистого пивка. — старик утер усы от пота, — Ты как?

Ну, после такой работы, грех отказывать!

Полтора часа спустя мы сидели в небольшой комнатушке пристроенной к кузне и горланили песни. Каждый свою, но зато дружно и весело.

Глава 11. Карты на стол

С похмелья просыпаться без литра рассола — неблагодарное дело.

В пристройку заглянул кузнец, которого, как я узнал во время пьянки, зовут Клим.

— Ого, ты уже очухался, — восхитился он, — обышно после той бодяги, которую мы с тобой употребляли, иных дня три не отпускает, а ты ничего, крепкий. — старик улыбнулся до ушей.

— Меня бодягой не взять. — кряхтя, я принял вертикальное положение, гася рвотные позывы, силой воли.

— Этот рецепт еще бабка моя придумала, — ухмыльнулся Клим, — Огненная вода называется. На вот, подлечись.

Я поднялся и твердым шагом, по синусоиде, направился к кузнецу. Он протянул мне бутылку из темного стекла, в которой что-то плескалось.

Отхлебнул из горла… И выпил залпом всю бутылку. Каша в голове потихоньку улеглась.

Вот, что пиво животворящее делает!

— Спасиб, мил человек. — благодатно выдохнул я.

В кузне что-то навернулось и мы обернулись на шум.

— Клим мать твою, опять ты мне студентов спаиваешь?! Макс же после твоей бормотухи несколько дней лежать будет.

Крик отдался в голове глухим звоном. Этот голос… Какого лешего он тут забыл?

— Хрена тебе лысого, Дерек! — гаркнул я, — Ох… Дай пару часов и я в себя приду.

— Ты что уже ожил?! — у вошедшего Дерека глаза были по пять копеек.

— Да-да, оставь мою бренную тушку в покое. Оклемаюсь и сам приду к тебе.