Хранитель. Разборки в Зеленограде.

- Как я смогла узнать через родственников, это четверть его клинков точно – ответила Мидори – потерять столько людей за один день, даже для какого-нибудь зажиточного графа, это катастрофа.

- То есть мы теперь в состоянии войны с каким-то виконтом? – сделал я логичный вывод.

- Нет, Влад, могу тебя успокоить, а то вдруг ты решишь, что пора бежать вперёд – усмехнулась лиса – сегодня утром меня вызвал к себе де Ревель, там же был наш виконт. Полковник особо не церемонился с выражениями, популярно объяснив, что попытка захвата собственности лейтенанта стражи будет караться так же как преступление против короны.

Только тогда до виконта дошло, что ты жив. Так что расслабься и отдыхай.

- Дай хоть пожевать что-нибудь нормальное – жалобно попросил лису – ну хоть маленький бутерброд с мясом.

- Тебе нельзя – строго ответила Мидори – забыл, что в животе тоже стрела торчала. Терпи, ещё пара дней и будут послабления.

В общем, Мидори удалось развести только на какой-то бульон, после чего в меня влили очередную порцию гадкого настоя трав и я вырубился.

После ещё трёх суток возлежания в постели я начал бунтовать, что больше не могу столько лежать. Хикари сдалась и разрешила мне передвигаться по дому. Досчитав две недели сидения взаперти, я пошёл в атаку на женский батальон. Но без боя на волю меня не выпустили, только в экипаже. Про охрану вообще молчу, там всё было еще сложнее. Что старший сержант Вангард, что Феликс, оба считали моё ранение личным косяком и несмываемым позором. Теперь меня сопровождали минимум по десятку стражников и гвардейцев, хорошо хоть не тевтонской свиньёй передвигались по городу, с этих станется.

Первым делом прокатился в своё имение, по совместительству тренировочный лагерь. Меня встретили радостными криками. Одно дело утверждения начальства, что командир жив, совсем другое видеть его вживую. К моей радости тренировки никто не бросил, наоборот усилили. Были видны хорошие изменения, как в общей физической подготовке, так и в работе на мечах.

Так за общением, вопросами по подготовке прошёл час, затем второй.

После чего было принято стратегическое решение продолжить благостные разговоры под пиво и шашлык, а на сухую плохо идёт. Решение было принято единодушно, так же к нам присоединились гномы из строителей. Гудели чинно и благородно, как и положено пролетариям, до самого утра. На рассвете за мной в наш взрослый сад приехала Мидори. Все сделали покерфейс, что так и надо, тем более я после ранения и все дела.