НАЁМНИК. Железный остров.

Первые три дня нашего похода прошли спокойно и только на четвёртый день нам попался первый пират, который попытался удрать, но «Морж» быстро его догнал и первым же выстрелом разнёс в щепки. Надо сказать, что из всех кораблей наша проверенная шхуна обладала самым быстрым ходом. Вторым по скорости был «Быстрый», а вот «Могучий» и «Героический» немного уступали им, но тоже были неплохи в этом отношении.

Поэтому «Морж» и «Быстрый» шли в авангарде флотилии. Наши капитаны рассчитали, с какой скоростью нам надо идти, чтобы прибыть ночью к острову «Жемчужный», который считался пиратской столицей.

Всё бы было хорошо, если бы пираты хоть немного придерживались дисциплины, как военные моряки. Но это, как не крути, была кучка бандитов, поэтому никакие законы им не были писаны. У них был какой-то совет капитанов, который время от времени заседал на «Жемчужном», когда они планировали какие-то совместные операции. Но, по большому счёту, это было сборище, не подчинявшимся никому, самостоятельных шкиперов. И только то, что у них появилась надежда крупно поживиться в наших портах, заставило собраться крупные силы разбойников у острова.

На подходе к пиратской столице, нам постоянно попадались разбойничьи корабли, которые приходилось топить, чтобы они не успели предупредить главные силы. Всего мы встретили восемь судов, которые были пущены на дно.

К главной гавани острова мы подошли около полуночи и заняли позиции согласно оговорённого плана. И хоть луна светила в полную силу, бой, вернее избиение пиратов, началось только когда стало светать.

Ещё когда мы только планировали поход, я предупредил наших стрелков, чтобы они, по возможности, поражали два, а то и три корабля, если они находились на одной линии. А так как пиратов в гавани было много, то это сильно облегчило эту задачу.

Наши бесшумные орудия начали крушить стоящие на якорях корабли. Это был не бой, а отстрел вражеских посудин. Я видел, как Силантий дважды отправлял на дно сразу по три корабля. Первый разносило в дребезги, второй пробивало насквозь, а третьему разрывало бор.

- Силантий, накрой береговые батареи, - попросил я.

И, как будто бы на всех наших кораблях услышали мои слова. Береговые пушки замолчали, когда укрепления в которых они стояли разлетелись тысячами осколков. Мне показалось, что даже остров вздрогнул от наших залпов.