Восхождение Патриарха I

— Так вот какая у тебя способность? — улыбнулся Максим. — Эти нити поглощают кинетическую энергию и возвращают обратно… сильная способность… но и я могу тебя удивить!

Рядом с ним появились его копии. Отличить, где настоящий и где иллюзия было невозможно. Клоны отбрасывали тень, и даже задевали предметы.

Они одновременно бросились на врага.

Ассасин начал их расстреливать, однако, они уклонялись от всех пуль.

«Бесполезно, настоящего среди них нет.»

И я оказался прав. Пока Ассасин игрался с клонами, настоящий Максим был невидим и медленно обошел его сзади.

Последовал один смертельный удар в сердце.

— Кха!

Ассасин упал замертво.

— Уверен, что он погиб? — поинтересовался я.

— Без сердца ни один человек не выживет. — пожал плечами Максим.

Пусть он так и сказал, но я все равно сомневался… и не зря.

Кинжал настиг направляющегося ко мне Максима сзади.

— Ты абсолютно прав… — сказал Ассасин. — Но нас с детства учили смещать органы!

Что же, Максим смертельно ранен. Ассасин тоже ослабел. Пора бы и вмешаться.

Бросившись вперед, я использовал сразу две печати. Одна отталкивала от меня. Другая же притягивала ко мне. Вместе они создавали особое поле, которое с невероятной силой давило на врагов.

Мои печати еще не работают на нужном уровне, поэтому я не собирался проверять, что с ними будет. Используй я печати посильнее, его просто разорвало бы на части.

Пока он оказался неподвижен, я рубанул его по горлу. Ассасин теперь совершенно точно мертв.

— Эй!

Я подбежал к Максиму и сорвал рубашку, чтобы осмотреть рану.

Попытавшись использовать печать Исцеления, я понял, что обычной печатью такую рану не залечишь, а усиленные печати я пока не могу воссоздать.

— Бесполезно… — тихо сказал он. — В отличии от него… я не знаю таких фокусов. — усмехнулся он.

Даже в такой ситуации он находит время для иронии?

Кинжал действительно пронзил его сердце. До сих пор он жив только благодаря духовной энергии.

Похоже, мы недооценили Ассасина. Он с самого начала собирался атаковать так. Вот почему Максим так легко подошел к нему.

— Не разговаривай. На поезде может быть доктор, я…

— Бесполезно… — тихо сказал он. — Я уже не жилец.

Мне и без его слов это было известно.

— Вот как…

От бессилия я сел рядом с ним и вздохнул. Значит, я, как и всегда, бессилен.

— Ассасины не оставят тебя в покое. Они всегда выполняют свою миссию… — рассказал он.

Неужели даже в такой ситуации он беспокоится обо мне?

— Спасибо. Могу ли я что-то для тебя сделать?

Это было мое искреннее желание.